Книга Библиотечный шпион, страница 94 – Маделин Мартин

Отлитые строки выскользнули из аппарата и остывали, пока Элейн укладывала бумагу в приемную рамку. Кровь ревела у нее в ушах, когда она начала вынимать предыдущие строки и заменять новыми.

Она установила заново печатную плату в автоматическом станке, он загудел, и бумага скользнула вперед. Первый отпечатанный лист упал в лоток, за ним полетели следующие. Элейн взяла один из них и проверила содержание, удостоверяясь, что текст соответствует задуманному. После того, как опечатки будут перекодированы, получится следующее послание:

«Требуется переправить в Америку еврейку с сыном».

Элейн постаралась выбрать самую простую формулировку. Члены Сопротивления, несомненно, поймут, кому направлять информацию. Марсель, конечно, придет в ярость от ее самоуправства, особенно учитывая, что слова с опечатками бросаются в глаза.

Элейн подумала о Жозефе, о том, скольким евреям он спас жизнь, сделав поддельные документы. Вспомнила и о женщине, которой отдала собственное удостоверение личности и которая теперь носила фамилию Жозефа.

Теперь Элейн продолжит борьбу, ради которой Жозеф пожертвовал всем, что имел. И хотя она знала, что он был против ее участия в Сопротивлении, он наверняка сейчас гордился бы ею.

Эта мысль надорвала что-то внутри нее. На страницу упала слеза. Свежие чернила растеклись по намокшей бумаге, размывая буквы и превращаясь в кляксу. За первой слезой упала вторая, и еще одна.

Внезапно ноги Элейн отказались держать ее, и она сложилась на пол под грузом непомерного горя, раздираемая невыносимой болью. Стены, сдерживавшие ее скорбь, пошли трещинами – дамбу наконец прорвало, и Элейн захлебнулась агонией разбитого сердца.

На следующий день Ава приехала в центр помощи беженцам, чтобы вернуть Отто письмо.

— Вы оказали мне честь, доверив нечто столь ценное и важное, – сказала она. Отто кивнул, спрятал конверт в карман своего твидового пиджака, помедлил и ласково похлопал по нему кончиками пальцев.

— Потребовалось несколько месяцев, чтобы эти записи нашли меня. Не знаю, каким чудом ей вообще удалось их отправить. – Он взглянул на небо и прищурился, как бывает, когда человек старается скрыть нахлынувшие эмоции. – Спасибо за то, что сберегли ее историю.

— А я благодарна за возможность познакомиться с ней и буду рада сохранить и другие подобные письма.

Отто кивнул.

— Я поспрашиваю. – Он достал из кармана другой конверт. – Еще газеты из Франции.

Ава поблагодарила, пообещала встретиться, когда приедет на следующей неделе помогать Итану, и отправилась в посольство.

В течение следующих двух недель она получала не только французские газеты, но и семейную переписку других беженцев и даже подпольную прессу из других европейских стран.

Она уже была знакома с «Комба» и «Либерасьон», а вот польский «Бюлетэн информацыйне» увидела впервые. Подпольные газеты легко опознавались не только по скромным размерам, но и по тому, что обычно они представляли собой один лист с текстом на обеих сторонах. Учитывая дефицит бумаги и жесточайший контроль со стороны нацистов на оккупированных территориях, удивительно, что подпольные организации вообще находили бумагу для печати. А чтобы создать целый тираж тем более требовались хитроумие и отвага, и Ава частенько вспоминала разговор с Ламаном о том, что для выпуска подпольных изданий требовалось участие многих людей.