Книга Библиотечный шпион, страница 51 – Маделин Мартин

— Они, конечно, живут в лесу, но их изображают большими варварами, чем есть на самом деле. – Николь откинула с лица светлую прядь и нахмурилась. – Большинство из них еще мальчишки.

Элейн подняла взгляд навстречу золотым солнечным зайчикам, прыгающим сквозь листву. Так легко было закрыть глаза и представить, что мир вернулся в норму. Что дома ее ждет Жозеф, что они сыты, что нацисты не утащили Люси в неизвестность и что никто не знает, каково это – жить в постоянном страхе.

— Муж Дениз тоже где-то там. – Николь говорила тихо, хотя вокруг не было ни души. – Поэтому она никогда сюда не приходит – боится, что, если увидит его, не найдет сил вернуться в город.

Элейн понимающе кивнула. Если бы ей снова довелось оказаться в объятиях Жозефа, таких родных и надежных, услышать его ласковый голос, окунуться в его запах, ей проще было бы вырвать сердце из груди, чем снова расстаться с мужем.

Среди частокола стволов возникла чья-то фигура; она передвигалась настолько бесшумно, что напоминала призрак – по крайней мере, до тех пор, пока все трое не встретились лицом к лицу. Штаны и рубашка юноши, выцветшие и заляпанные грязью, висели на тощей фигуре, как на вешалке, а темный пушок на подбородке и верхней губе подтверждал слова Николь – маками становились в основном мальчишки, которым сейчас, по-хорошему, полагалось бы выбирать колледж или университет и дурачиться в компании приятелей. Но им пришлось повзрослеть до срока – каждодневные опасности превратили детскую беззаботность в смутное воспоминание.

Юноша, распространяя острый запах немытого тела, осклабился и протянул Николь тяжелую на вид сумку, заполненную бумажными свертками.

— Подарочки для бошей, – прокомментировал он, вытащил из кармана еще что-то и протянул Николь со словами: – И маленький сюрприз для вас.

— Шоколад! – ахнула Николь. – Ты просто чудо, спасибо! – И, не медля ни секунды, она подалась вперед и поцеловала впалую щеку, оставив яркий отпечаток своей помады.

Юный мак залился такой яркой краской, что след поцелуя полностью в ней растворился.

Но Николь словно не заметила произведенного впечатления и переключила внимание на свертки со взрывчаткой. Они с Элейн разделили их поровну и уложили в свои корзинки, прикрыв сверху брюквой и хлебом. Поднявшись на ноги, Николь кивнула в сторону спутницы:

— Это жена Пьера.

За спутанной завесой темных волос стало видно, как распахнулись глаза юноши.

— Тогда для меня честь познакомиться с вами. Такого бойца, как Пьер, еще поискать.

Элейн улыбнулась в знак благодарности, не зная, что ответить на подобное утверждение. Жозеф – боец, каких поискать?

Юноша попятился, не отрывая благоговейного взгляда от Элейн, а потом исчез в лесу так же таинственно, как и возник.

— Помимо всего, Пьер обучал маков, – сообщила Николь, повесив корзинку на сгиб руки и колупая облезающий лак на ногте большого пальца. – Похоже, он метко стреляет и мастерски умеет закладывать взрывчатку.

Элейн снова промолчала, всей душой устремляясь к Жозефу, представляя, как он, в глуши, без своего неизменного твидового пиджака, обучает мальчишек сражаться. Чем больше она узнавала о скрытых от нее до сих пор сторонах своего мужа, тем сильнее хотела его увидеть, расспросить и услышать о подвигах, которые он совершал, служа Сопротивлению.