Книга Последняя книжная лавка в Лондоне, страница 107 – Маделин Мартин

Девушки оставили свои сумки со сменной одеждой у стойки регистрации, и их провели в зал, где пульсирующий ритм джаза отражался от глянцевых полов и высоких потолков. Люди в передней части зала кружились на танцполе, дрыгаясь в такт джиттербагу, дамы виляли бедрами с таким энтузиазмом, что их трусики выглядывали из-под развевающихся юбок.

Радостное волнение пульсировало внутри Грейс, проникая сквозь вечный туман усталости, который окутывал ее в последние месяцы. Вив заказала два коктейля Френч 75 и с усмешкой встретила вопросительный взгляд Грейс.

— Это мой любимый, – прокричала Вив сквозь взрыв живой музыки. – Говорят, что он бьет в голову не хуже французской пушки 75-мм калибра. А это значит, что он даже тебя выведет на танцпол, Утенок.

Напитки принесли в высоких стаканах. Игристый коктейль был терпким и сладким, его пузырьки щекотали язык Грейс, и приятное тепло разливалось по всему ее телу. Потребовался всего один бокал, чтобы избавить ее от комплексов и увлечь ритмом живой группы, изливавшей свою душу на сцене.

Грейс и Вив танцевали всю ночь напролет с солдатами, с мужчинами, у которых была работа, удерживавшая их от призыва в армию, и даже друг с другом. К концу вечера щеки Грейс болели от смеха, а ее вены все еще гудели от волнительной ночи, напитков и удовольствия от танцев.

Этой ночью она впервые с начала Блица, как газеты называли бесконечные воздушные атаки Германии, смогла отложить все в сторону. Грейс ни разу не подумала о бомбах или о разрушениях, которые они причиняли, или о том, что, как усердно ни старайся, она никогда не смогла бы изменить мир к лучшему.

Она была жива.

Она была молода.

И ей было весело.

Именно такой должна была быть жизнь в Лондоне для нее и Вив – праздник молодости, счастья и всего, что она слишком долго оставляла без внимания.

Искрометность прошлого вечера сохраняла улыбку на ее губах все следующее утро, после того как они освежились и вышли из «Гросвенора» в мир снежного вихря и дыма.

При дневном свете знакомый запах войны ударил Грейс прямо в нос, и все радостное настроение покинуло ее. Щебень и осколки битого стекла усеивали улицу сразу за безукоризненно подметенным входом в отель. В окружающих зданиях все еще полыхали языки пламени, маслянистый запах в воздухе указывал на наличие зажигательных смесей.

Именно тогда Грейс поняла, что кружащиеся в воздухе крупинки были вовсе не снегом, а пеплом.

— Хотите, я вызову вам такси? – спросил один из служащих отеля.

— Как такое могло произойти, пока мы были внутри? – спросила Грейс онемевшими губами. – Я ничего не слышала.

— Мешки с песком, – напомнил служащий и гордо выпятил грудь. – У нас их так много, что они полностью блокируют звуки взрывов.

Грейс бросило в холодный пот, и это не имело ничего общего с обжигающим ледяным ветром. Им даже не сообщили о том, что прозвучала сирена, предупреждавшая о воздушном налете. Совсем несложно было представить, что сделала бы бомба с таким огромным залом, полным танцующих, веселящихся и ничего не замечающих людей. Дрожь пробежала по ее спине.

Осознание этого незамедлительно сменилось тяжелым грузом вины – жители снаружи подвергались бомбардировкам, теряли свои дома и свои жизни, добровольцы работали всю ночь, спасая кого могли и что могли, а Грейс танцевала.