Онлайн книга «Мертвые смотрят вверх»
|
Но после войны все изменилось. Город рос, поглощая окраины. Старые дома сносили, и на их месте строили многоэтажки. Может, и этот дом давно разрушен? Дом да, но зеркало… осталось. * * * Библиотека встретила Енчжу теплой тишиной и запахом старой бумаги. Он подошел к стойке информации и объяснил, что ищет. — Архивы по истории Каннама, двадцатые… и пусть будут сороковые годы двадцатого века. Фотографии, карты, документы о строительстве. Библиотекарь, пожилая женщина в круглых очках и аккуратной укладкой, кивнула: — Третий этаж, секция исторических документов. Но учтите, не все оцифровано. Многие материалы только в бумажном виде. — Ничего, это не важно. Спасибо большое. Енчжу поднялся на третий этаж. Секция была пустой. Неудивительно, середина рабочего дня, мало кто интересуется старыми архивами. Он прошел вдоль стеллажей, читая названия папок. «Каннам. Городская застройка. 1950-1970». Это уже слишком поздно. «Сеул. Японская оккупация. Архитектура». Хм, возможно. Енчжу достал папку и открыл на ближайшем столе. Внутри находились пожелтевшие фотографии, газетные вырезки и рукописные заметки. Он медленно перелистывал страницы, внимательно всматриваясь в изображения. Дома. Десятки домов. Традиционные ханоки, европейские особняки, смешанные стили. Но ни один не совпадал с фотографией из квартиры Юн Дахи. Он взял следующую папку. Потом еще одну. Час пролетел незаметно. Глаза устали от разглядывания мелких деталей, а спина затекла от сидения в одной позе. Нужное попалось уже тогда, когда он разуверился что-то найти. Фотография в газетной статье. Помечено, что тысяча девятьсот тридцать пятый год. Черно-белая, зернистая, но узнаваемая. Это был… тот самый дом. Черепичная крыша, резные колонны и пруд сзади. Енчжу придвинул статью ближе, вчитываясь в выцветший текст: «Усадьба семьи Сон в районе Апкучжон. Построена в 1928 году для Сон Джихуна, владельца текстильной фабрики. Один из немногих примеров традиционной архитектуры с элементами западного стиля. В усадьбе двенадцать комнат, сад с прудом, отдельный флигель для прислуги». Енчжу сфотографировал статью и увеличил текст, после чего углубился в чтение дальше. «Трагедия произошла в ночь на 14 марта 1936 года. Младшая дочь семьи Сон Мичжин, девушка девятнадцати лет, найдена мертвой в своей комнате. Официальная причина смерти – самоубийство. Однако слуги утверждали, что слышали крики и звуки борьбы. Полиция провела расследование, но никаких следов насилия обнаружено не было». Пальцы Енчжу задрожали. Сон Мичжин. Девятнадцать лет. Умерла в своей комнате. Так, ну-ка взять себя в руки. Он быстро пролистал дальше. Еще одна короткая заметка, датированная двумя годами позже. «Семья Сон покинула усадьбу после смерти дочери. Дом пустует. Местные жители избегают это место, называя его проклятым». Енчжу откинулся на спинку стула. Вот оно. Источник. Сон Мичжин умерла в тридцать шестом году. Почти девяносто лет назад. И если она умерла перед зеркалом… Он открыл карту на телефоне, нашел современный Апкучжон. Где могла находиться эта усадьба? Район сильно изменился – вместо полей теперь небоскребы, торговые центры, жилые комплексы. Тут ничего не найти. Нужна старая карта. Енчжу вернулся к стеллажам, нашел папку, подписанную: «Карты Сеула. 1930-е годы». О! Он развернул большой лист пожелтевшей бумаги на столе. |