Книга Так Бывает, страница 99 – Никтория Мазуровская

Лишь бы она сама рядом была.

Улыбалась, глядя ему в глаза.

Смешливо кривила носик, рассказывая очередную историю из их с Маришкой совместного детства.

Тихо вздыхала и прижималась к нему крепче, ища опору в нем, когда Кирилл выкинет очередной фортель.

Чтобы, вскидываясь ночью, в холодном поту от кошмара, ее руки обнимали его, гладили по голове, а губы целовали нежно, забирая с собой все страхи.

Чтобы мог в любую минуту просто взять за руку, а в глазах увидеть отражение своих чувств, той жажды в ней, что ему самому по ночам спать не дает.

Как же он по ней скучает! До дрожи! До криков!

А еще хочет!

Хочет свою женщину!

Ласкать, целовать, обнимать ее настолько сильно… на границе боли, прижимать, вдавливать ее в собственное тело, чтобы они срослись вместе.

Порой ему невыносимо было, до черноты в глазах, без нее.

Но Дима прекрасно осознавал, что как только он вернется в Москву, ему будет в сотни раз тяжелей.

Они уже будут там, будут налаживать свою новую жизнь.

И, по последним словам Кирилла, Татьяна настроена решительно начать все с нового листа, с новой жизни.

И сын его, по старой дружбе, так сказать, предупредил:

— Это надо было видеть, я чуть не помер! На нее мужики заглядываются, а она улыбается и смеётся только на это! Никогда ее такой не видел! – тяжелый вздох, – Не думал, что цвет волос так кардинально меняет мнение окружающих.

— Цвет волос? – резко переспросил.

— Ну да, она покрасилась, теперь блондинка. И волосы остригла. Стала такая деловая, знаешь, холодная… а мужики чуть ли головы не сворачивают, блин! Так и хочется всем морды бить!

— Ты давай, кончай с этой бодягой! Она женщина красивая, не удивительно, что на нее… что она нравится мужчинам! – старался говорить спокойно, а у самого ярость внутри бесновалась, ураган завертелся, он чуть не умер тогда от ревности.

Ни к чему конкретному они в тот раз с сыном не договорились, но Дима уже был морально готов к тому, что ему, в прямом смысле, придется драться за свое счастье под именем «Татьянка», причем драться не с ней, а с козлами, которые на его женщину могут глаз положить!

Оказывается, она очень соскучилась по этому городу. Москва – столица, крупный мегаполис, суетливая, вечно куда-то спешащая, но до безумия красивая, элегантная. В ней так причудливо сочетались постройки и памятники архитектуры прошлых веков и достаточно современные офисные высотки из бетона и стекла, красивые, но холодные, даже немного обезличенные. При этом Москва не теряла свою притягательность ни для туристов, ни для тех, кто спешил поменять свое место жительства и устроиться в этом городе…

Татьяна даже по метро соскучилась. Давка там, мама не горюй, но ведь было, в этом, что-то до боли родное, щемящее. Сразу воспоминания нахлынули про студенческие годы. Как на метро моталась из одного корпуса в другой, людей толпа… и бабульки с баулами в любое время года и суток. Вот уже взрослая, опыт жизненный имеется, многое в себе перемолоть успела за прошедшие годы… а так и не пришла к пониманию зачем эти старые, порой немощные женщины топают утром, днем и вечером с пакетам и сумками?! Это загадка века, однозначно.

Кирилл над ее рассуждениями на эту воистину животрепещущую тему ржал, как конь, до слез и икоты. А потом сам озадачился этим же вопросом… потом ржала уже сама Таня, правда не как конь и не до икоты, но где-то рядом.