Книга Пламя и пепел. Обещанные, страница 120 – Леока Хабарова

— Вызываю Ла… — он осёкся. — Вызываю Бьёрг, Пепельную деву!

Ургламы заголосили, а Лавьен сделалась темнее обычного — видимо, покраснела. Спотыкаясь и запинаясь, хватаясь за протянутые руки-лапы, она выбралась на песок. Приблизилась к Рейнару.

— Ты что творишь? — прошипела без особой нежности.

— Только не сожги меня, дорогая, — шепнул Рей в ответ.

Гонг дал сигнал к началу поединка.

Лави оказалась на удивление юркой противницей. И достаточно сильной при этом — понятно теперь, как поймала дубину! Рей дважды пытался схватить наречённую, но она ускользала, как угорь. А когда рискнул заломать — перебросила через бедро. Да так ловко, что дух вышибло. И всё же Рей был сильнее. Играючи перехватил очередную атаку, развернул Лавьен спиной, стиснул и… выматерился: Лави резко наступила ему на ногу, локтем вдарила под дых и снова вывернулась.

— Думал, будет легко? — лукаво вопросила, ступая полукругом, точно пантера перед прыжком.

— Даже не надеялся. — Рей кинулся на неё первым.

В этот раз он не позволил себя опрокинуть. Скрутил, крепко удерживая тонкие запястья, а когда Лави рывком присела, чтобы лишить его равновесия и высвободиться, повалился вместе с ней на песок. Подмял под себя.

Лавьен тяжело дышала, но не билась, не сопротивлялась. Она запросто могла ударить его коленом по уязвимому месту. Но не ударила.

Не ударила…

Рей вскинул руку. Гонг загудел. Ургламы закричали. Будгра пронзительно свистнул.

Большая Мать спустилась с возвышения, опираясь на увитый цветами посох, и двинулась к ним, но Рей не торопился вставать.

— Ты любишь меня? — Он заглянул Лави в глаза.

— Хочешь, поклянусь Сумраком?

— Нет. Зачем? Я тебе и так верю.

Он склонился и впился в губы Лави долгим жарким поцелуем. Она обвила его шею руками.

Ответа правдивей и быть не могло.

— Ты победил! — пропела Мать, перекрывая шум и гам. — Сильный воин достоин сильной женщины. Согласна ли ты, Бьёрг Пепельная дева, взять в мужья человека Рейнара по прозвищу Мухомор?

— Да, — прошептала Лавьен. — Я согласна!

— Силой ветра и духом бури нарекаю вас единым целым. Будьте счастливы!

Прошлое. Леда. Королевский парк

— Я его ненавижу! Ненавижу! — Лави с яростью пнула ни в чём не повинное мраморное изваяние, изображающее летящего сеферида с мечом в руке. — Он вечно надо мной издевается! Творит гадости!

— Не гневайся, милая, — увещевала Ширайни Луум. — Принц это перерастёт. Когда-нибудь. К тому же… все мальчики его возраста такие.

— Какие «такие»? — набычилась Лави. — Прыщавые? Вредные?

Бабуля привлекла её к себе и усадила рядом н бортик фонтана.

— Вредные, — подтвердила она. — Очень вредные. Но за вредностью кроется интерес.

— Интерес? — удивилась Лави. — Сильно сомневаюсь, что я ему интересна!

— И очень зря. — Ширайни обняла её за плечи. — Мальчики порой не знают, как заявить о себе. А твой принц рос без матери.

— Поэтому он такой дикий?

— Скорее всего.

Лави нахмурилась.

— Но я тоже росла без матери! И ничего, не одичала.

Ширайни выразительно вскинула бровь.

— Не ты ли пришила спящего принца к постели?

— Кто тебе рассказал?

— У меня свои источники.

— Пришила, — вздохнув, призналась Лави. — Но он первый начал!

— Не сомневаюсь, — рассмеялась Ширайни Луум. — Вы стоите друг друга.

Лави глянула с опаской.

— Ты… накажешь меня за шалости?