Книга Неверный выбор генерала дракона, страница 89 – Кристина Юраш

— Я прошу тебя, — он сглотнул, и я увидела, как дрогнул кадык. — Не отказывайся. Это фамильное кольцо. Кольцо ба Эвриклеи. Она решила, что оно должно принадлежать тебе. Дедушка поддержал её.

Я смотрела на кольцо.

Камень плыл в пелене моих слёз, рассыпая по полу дрожащие блики.

— Я понял, что могу жить без тебя, — прошептал он, наклоняясь так близко, что его дыхание смешалось с моим, пахнущим дождём, металлом и тем самым, знакомым теплом, которое всегда было только моим. — Но не хочу. Понимаешь, я не хочу жить без тебя…

В лавке повисла тишина.

За окном город продолжал жить: стучали колёса по мокрой брусчатке, где-то лаяла собака, ветер гнал по мостовой прохожих.

Но здесь, в круге его рук, мир сузился до веса его пальцев на моей ладони, до ровного стука его сердца, бьющегося в унисон с моим, до тяжёлой, пугающей ясности: мне больше не нужно выбирать между выживанием и любовью. Я могла взять всё. Просто разжать пальцы и позволить себе упасть в его руки.

ЭПИЛОГ

— Дорогая моя, — голос Эвриклеи прозвучал тихо, почти благоговейно, нарушая тишину гостиной. — Я нашла вещь, которая должна стать вместилищем воспоминаний! Вот… Этот браслет Хальдор подарил мне на помолвку… Посмотри, какая красота!

Герцогиня бережно извлекла из бархатной шкатулки тяжелый золотой обруч.

Камни, впаянные в металл, были крупными, необработанными, словно застывшие капли крови и ночи. Браслет казался грубым, даже варварским для тонкой, аристократичной руки Эвриклеи, но в этом контрасте крылась какая-то дикая, первобытная сила.

— Он прекрасен, — прошептала я, не в силах отвести взгляд. Золото тускло поблескивало в полумраке комнаты, пахнущем старым деревом и лавандой.

— Пришлось послать в родовое гнездо слугу, чтобы он привез его из сокровищницы, — продолжила герцогиня, и в её глазах мелькнула та самая девичья робость, которую я уже успела заметить в ней во время танца с Хальдором. — Это был первый подарок. Первое обещание… Самое честное.

Она присела в глубокое кресло, протягивая мне руку.

Запястье было тонким, кожа прозрачной, сквозь неё просвечивали синие жилки. Я уже знала правила своего дара лучше, чем кто-либо другой.

Металл колец мог исказить поток, забрать часть эмоций себе. Поэтому я медленно, с осторожностью хирурга, сняла свое старинное обручальное кольцо и положила его на белоснежную льняную салфетку рядом. Пустой палец почувствовал странную легкость, почти наготу.

Я взяла руку старой герцогини. Кожа была прохладной, сухой.

— Закройте глаза, — мягко попросила я. — И позвольте памяти вернуться.

Эвриклея послушно сомкнула веки. Я закрыла свои.

Мир вокруг растворился. Запах лаванды сменился ароматом дорогих духов, смешанных с запахом пороха и конского пота. Воздух стал гуще, насыщеннее.

Я больше не была собой.

Я смотрела на мир чужими глазами — молодыми, горящими, полными вызова. В отражении высокого зеркала я увидела не себя, а девушку в платье цвета спелой вишни. Ткань была легкой, лишенной жестких корсетов того времени, рукава-фонарики мягко облегали плечи. Волосы, роскошные, густые, рассыпались по спине живой волной.

Сердце в груди билось часто и тревожно. Не от страха. От предвкушения.

Дверь распахнулась. В комнату вошел мужчина.

У меня перехватило дыхание. Он был поразительно похож на Дитера. Те же высокие скулы, тот же властный разрез глаз, даже короткая стрижка, открывающая сильную шею. Но в нем не было той надломленности, той тени боли, что жила в моем генерале. Этот мужчина был цельным, как скала. Опасным.