Книга Академия Боли. Я умру вместо принца, страница 97 – Кристина Юраш

Руки дрожали. Я смотрела на свои пальцы — тонкие, с въевшимися в кожу чернилами от вчерашнего Кодекса — и не узнавала их. Они были чужими. Как будто принадлежали кому-то другому, кто сейчас жил в моём теле и паниковал вместо меня.

Я застыла посреди комнаты.

Воздух стал густым. Дышать было трудно — не от страха, а от какой-то вязкой, тягучей плотности, словно комната наполнилась водой, и я стояла по горло в ней.

Потом медленно выпрямилась.

В голове возникло его лицо.

Белые волосы, собранные в низкий хвост чёрной бархатной лентой. Фиалковые глаза — те самые, в которых вчера на мгновение, всего на одно безумное мгновение, мне показалось, что я увидела что-то настоящее. Что-то живое.

И место возле стола.

Именно там он стоял. Именно там. Пока кормил меня этими проклятыми конфетами. Пока заставлял жевать, пока говорил о своём отце, пока смотрел на меня так, словно я была уравнением, которое он не мог решить.

Слишком долго.

Слишком близко.

Слишком… методично.

Я медленно вдохнула. Воздух пахло его парфюмом — тем самым, с нотками ночных цветов и отголоска магии, — который въелся в шторы, в ковёр, в моё собственное платье. Пахло им. Даже сейчас, когда его здесь не было.

— Нет… — прошептала я.

И тут же полезла в то секретное место под столом, где нашла дневник. Это последнее место, где его можно было найти. Последняя надежда.

Панель отошла, и я даже засунула руку в надежде почувствовать знакомую шероховатость обложки.

Нет. Дневника здесь нет.

Потом я вспомнила, как принц отвлекал меня разговором. Как заставлял смотреть в глаза. Как подходил всё ближе, пока моя спина не упёрлась в стол. Как клал конфеты на край — ровно, аккуратно, одну за другой — и как его пальцы каждый раз задерживались на моих губах на долю секунды дольше, чем было нужно.

Это был отвлекающий манёвр.

И внутри что-то щёлкнуло — тихо, почти неслышно, как замок, в который наконец-то попал ключ.

— Ах ты…

Я резко развернулась к двери.

Неужели он его забрал?

Глава 88

Кронпринц Империи. Наследник. Человек, который на боевой магии размазал по лицу герцога помаду, потому что тот посмел надо мной посмеяться. Человек, который считал четверть секунды катастрофой. Человек, у которого даже хаос выглядел аккуратно.

Стащил со стола дневник мёртвой девушки.

Зачем? Он же ему не нужен! Он же сам предложил его сжечь? Вот теперь я точно ничего не понимала.

Я вылетела в коридор — босиком, в одной ночной рубашке, с волосами, спутанными после сна. Холодный камень обжёг ступни, но я уже не чувствовала его. Адреналин, густой и металлический, разливался по венам, заглушая всё.

Если Виерис действительно забрал дневник, то сейчас находится у себя.

Прямо рядом.

Сердце колотилось так громко, что мне казалось — его стук отдаётся в стенах, в полу, в высоких готических окнах, по которым всё ещё стекал дождь. Я прижала ладонь к груди, пытаясь унять этот барабан, и почувствовала, как под тонкой тканью рубашки кожа горячая, почти обжигающая.

Я двинулась вперёд.

Тихо. Очень тихо. Стараясь ставить ногу так, чтобы вес распределялся по внешней стороне стопы. Шум мне сейчас не нужен.

Дождь стучал в высокие окна — неровно, с паузами, как чья-то задумчивая пальцы, барабанящая по столу. Где-то далеко, за толщей камня, гудел ветер, и этот гул был похож на низкий, протяжный выдох.