Книга Развод с генералом. Без вины виноватая, страница 19 – Кристина Юраш

Холод, оставленный пальцами призрака, медленно расползался по плечу.

— Она закрывалась, — прошептала я, уже не понимая, убеждаю дворецкого или саму себя. — Я звала вас. Кричала.

Впервые на выдержанном лице слуги появилось беспокойство.

— Я всё это время находился возле входа, — произнёс он осторожно. — Вы не кричали, госпожа. Поверьте, госпожа, я бы услышал

Значит, мне показалось.

Я слишком долго провела в темноте. Слишком мало ела. Слишком много пережила за сегодняшний день. Муж назвал меня лгуньей, слуги разрушили оранжерею, а я стояла посреди всего этого и ждала, что из-под земли появится моя темница.

Разум просто не выдержал.

Я прижала ладонь к плечу и тут же задохнулась от боли. Сквозь тонкую, почти прозрачную ткань платья проступали пять тёмных пятен. Следы пальцев располагались там, где меня держал покойник.

Дворецкий заметил их. Его взгляд задержался на моём плече, но ни один мускул на лице не дрогнул.

— Лекарь уже ждёт в доме, — напомнил он, предлагая мне руку. — Позвольте проводить вас, госпожа. Осторожней, смотрите под ноги… Мы еще не все убрали.

Я хотела отказаться. Сказать, что дойду сама. Что мне не нужна помощь в доме, который ещё недавно был моим.

Но ноги дрожали так сильно, что я вцепилась в его локоть.

Обратно мы шли медленно. Дворецкий подстраивался под каждый мой шаг, не торопил и не задавал вопросов. Только возле самой террасы он посмотрел на моё побелевшее лицо и негромко поинтересовался:

— В оранжерее произошло что-то, о чём следует знать его светлости?

Глава 18

Я обернулась.

В стеклянных стенах отражался закат. Рабочие уносили инструменты, садовник склонился над сломанными цветами, а возле дальней клумбы стояла неподвижная тёмная фигура.

Сердце болезненно ударилось о рёбра.

Я моргнула.

Между туберозами никого не было.

— Нет, — солгала я, отворачиваясь от оранжереи. — Мне просто стало дурно.

Наверное, призрак этого и добивался.

Если я расскажу Ассеру, что видела его мёртвого отца, муж окончательно решит, что я сошла с ума. Комната без двери, чудесное пробуждение в лесу, а теперь ещё и покойник, разгуливающий среди любимых цветов своей жены.

Даже я бы себе не поверила.

* * *

В восточном крыле меня ждала незнакомая спальня.

Здесь всё было красивым, дорогим и совершенно чужим. Бледно-голубые стены, серебристые шторы, светлая мебель, камин из белого мрамора. Возле широкой кровати уже поставили складную ширму, на столике разложили лекарства и бинты, а две горничные готовили ванну в соседней комнате.

Когда-то мы с Ассером выбирали обои для нашей общей спальни. Я хотела голубые. Он заявил, что голубой цвет напоминает ему полковой лазарет, и предложил красные, чтобы уж наверняка думать о поле боя.

В конце концов мы выбрали тёплые золотистые стены.

Теперь мне достался голубой лазарет.

Ассер стоял возле окна.

Он успел вымыть руки и привести себя в порядок, но на манжете чёрной рубашки осталось пятно грязи. Сюртук муж снял и небрежно бросил на спинку кресла. Расстёгнутый ворот открывал сильную загорелую шею, влажные после умывания волосы были зачёсаны назад, а рукава снова оказались закатаны до локтей.

Чёрное непозволительно шло ему

Делало шире плечи, подчёркивало узкие бёдра и ту спокойную, опасную силу, которую Ассер никогда не выставлял напоказ. Ему не требовались ни оружие, ни мундир, ни золотые генеральские знаки, чтобы все в комнате помнили: перед ними дракон.