Книга Развод с генералом. Без вины виноватая, страница 117 – Кристина Юраш

— Вы верили отцу своего мужа, — напомнила Мари, и в её голосе впервые появилась прежняя мягкость. — Тогда ему верили все.

Кроме неё. В самый последний момент Мари не поверила. И заплатила за это жизнью.

— Что произошло после твоего отказа? — спросила я, стирая слёзы тыльной стороной ладони.

Горничная замерла.

По краю её белого передника медленно поползла чернота. Ткань съёжилась, словно поднесённая к огню. В воздухе запахло горелыми волосами.

Меня затошнило.

— Мари? — позвала я, заметив, как серое лицо покрывается тёмными трещинами.

— Он не рассердился, — прошептала горничная, глядя куда-то сквозь меня. — Я думала, его светлость закричит. Или прогонит без расчёта. Но он улыбнулся и сказал, что уважает преданных слуг.

Её пальцы поднялись к шее.

Туда, где темнели следы большой мужской руки.

Моя собственная кожа отозвалась болью. Я снова почувствовала пальцы старого герцога на горле. Его дыхание возле лица. Запах туберозы, от которого до сих пор выворачивало желудок.

— Он подошёл сзади, — продолжила Мари, и голос сделался едва различимым. — Я не сразу поняла, что происходит. Попыталась закричать, но его пальцы уже сдавили горло. Я царапала ему руки. Просила отпустить. Потом упала на колени.

Перед глазами поплыли чёрные пятна.

Я дышала вместе с ней — коротко, судорожно, хватая ртом холодный воздух. Казалось, стоит Мари замолчать, и старый герцог снова сомкнёт руки уже на моей шее.

— Дальше стало темно, — прошептала горничная.

Её лицо изменялось. Кожа чернела, губы исчезали под страшными ожогами, белый передник сворачивался и осыпался серыми хлопьями, которые таяли, не достигая пола.

Я хотела отвернуться.

Не смогла.

Мари тоже не могла отвернуться, когда это происходило с её телом.

— А потом я очнулась, — продолжила она. — Сначала подумала, что лежу на ковре. Попыталась подняться и увидела себя.

У меня похолодели ладони.

— Своё тело? — переспросила я, почти не слыша собственного голоса.

Мари кивнула.

— Оно лежало возле стола, — продолжила Мари. — Глаза были открыты. На шее остались его пальцы. Я звала на помощь, но его светлость не слышал меня. Мои руки проходили сквозь него, когда я пыталась его остановить.

Прозрачная грудь горничной судорожно поднялась, хотя мёртвым не требовалось дышать.

— Он вытащил ваши письма из конвертов и бросил их в камин, — прошептала горничная. — Потом подтащил туда моё тело. Я всё ещё думала, что сейчас войдут слуги. Что кто-нибудь почувствует дым. Но старый герцог поднял руку, и на пальцах появилось синее пламя.

Запах горелой плоти наполнил спальню.

Я зажала рот ладонью, но тошнота всё равно поднялась к горлу.

Фигура Мари почти исчезла. Возле окна остался лишь обугленный силуэт и два мёртвых глаза, продолжавших смотреть на меня.

— Он сжёг моё тело драконьим пламенем, госпожа, — прошептала она. — А я стояла рядом и смотрела, как горит моё лицо.

Глава 117

Слова Мари не сразу обрели смысл.

Я смотрела на её серое лицо, на тёмные следы пальцев, оставшиеся на шее даже после смерти, и слышала треск несуществующего пламени.

Синего. Драконьего. Того самого, которым Ассер однажды зажёг камин, небрежно выдохнув огонь на поленья. Тогда мне нравилось смотреть, как пламя отражается в его глазах. Тогда я думала, что драконий огонь прекрасен.