Книга Эникс и Аметист, страница 69 – Ти Шарэль

Мы сидели на открытой террасе закрытого клуба. Рубиновый в легкой рубашке, распахнутой чуть ли не до пупка, а я в военном кителе, застегнутом на все пуговицы. Я действительно не чувствовал тепла. Вернее, иногда мне было холодно, иногда жарко, но никогда комфортно. Настроение тоже скакало — от апатии до злости и совершенно без видимых причин.

Единственное, что было постоянно — это стыд и вина перед Талией. И понимание, что жена мне не просто безразлична, она меня раздражает. И с каждым днем все сильнее.

Я старался проводить все время в инспекциях, казармах и военных училищах. Задерживаться всегда, когда это казалось возможным, ездить везде, где была малейшая необходимость в моем присутствии. И каждый раз возвращался с дорогим подарком, потому что вина грызла, жгла и мучила.

Талия принимала все близко к сердцу, постоянно плакала, вернее хныкала как беспомощный ребенок, а когда я пытался ее унять — шарахалась от меня и снова плакала. Пару дней назад даже спросила, не завел ли я любовницу? Глупости. Какие глупости! Прародители, дайте сил.

— Пора по домам? — Рубан зевнул. — Послезавтра обряд, завтра мужской вечер. Вряд ли твой дядя будет доволен, если пропустишь. И жена…

— Моя жена никогда не бывает довольна.

Так и случилось. Мы поссорились вечером и на утро по дороге во дворец. В конце концов напряжение достигло такой остроты, что я не выдержал:

— Талия, я думаю будет правильным просить разрешение на разрыв обряда. Я заплачу откупные и…

— Нет! — такой ужас невозможно было подделать. — Пожалуйста, нет! Это меня погубит, Амет! Ради всего, что между нами было, прошу тебя, не бросай!

Она заплакала. Горько и жалобно, хрупкие плечи сотрясались от рыданий, а я сидел рядом, вновь чувствуя себя последней скотиной.

— Не плачь, — проскрипел в конце концов. — Если ты не хочешь, то я не стану разговаривать с дядей.

— Спасибо, — прошептала она, не отнимая ладоней от лица. — Спасибо, Амет!

По прибытии Талия упорхнула в мои покои не попрощавшись, видимо, хотела привести себя в порядок. А я отправился к дяде.

— Пришел поздравить? — Малахар сегодня был в хорошем настроении, щурился как сытый кот. Интересно, я был таким же перед обрядом?

— Долгих лет жизни и чистого неба твоим крыльям, дядя. Поздравляю.

— Рассказывай, как дела?

— Ты хочешь услышать мой доклад? — я удивился. — А мужской вечер?

— Еще рано. Ну?

Ну, я рассказал. Лучше меня ситуаций с военной службой в империи не владел никто, так что говорить я мог долго.

— А что в семейной жизни?

Я вспомнил слезы Талии и поморщился:

— Все в порядке.

— Уверен?

— А что, есть сомнения?

— Сомнений бы не было, если бы ты порадовал меня беременной женой.

— Мы всего месяц женаты, — искренне возмутился я. — Какая еще беременность⁈

— Пфф, целый месяц поди из койки не вылазили, могла и забеременеть. Ты спрашивал?

— Нет.

— Так спроси, порадуй дядю.

— Лучше я порадуюсь за вас. Меня по-прежнему не прельщает быть наследником.

— Да, — Малахар расплылся в плотоядной ухмылке, — уж я-то с этим точно тянуть не буду. Что там у нас со временем? Достаточно промариновались, можно идти.

Мужской вечер не был совсем мужским. Приглашенные служанки обслуживали гостей, имея из одежды одни лишь браслеты, такие же обнаженные танцовщицы извивались в центре, откровенно лаская друг друга. По всему периметру установили ширмы, у некоторых уже были опущены пологи и, судя по звукам, вели там не светские беседы, отнюдь.