Книга Эникс и Аметист, страница 4 – Ти Шарэль

«Видимо, боль слишком сильна», — подумала с искренним сочувствием и сместилась к груди. Мужчина выдохнул.

— Давно вы здесь работаете? — спросил он, когда пауза затянулась. Я успела закончить с шеей и второй рукой и теперь медленно приближалась к низу живота.

— Меньше месяца, — ответила не задумываясь, потом спохватилась и подозрительно уставилась на мужчину. — А что?

— Простой вопрос, — он обезоруживающе улыбнулся. — Вы долго молчите, а мне до звездочек нравится ваш голос. Кажется, я очнулся именно тогда, когда вы заговорили.

— Тогда слушайте. Мне все же придется вас усыпить. В некоторых местах боль особенно сильна, — я неловким движением указала на его пах. — И… в общем, я не привыкла к тому, что подопечные разговаривают. Обычно они в глубоком сне. И так будет лучше для обоих, поверьте.

Он с некоторой опаской глянул на иглу, бросил быстрый взгляд на пах, видимо, прикинул риски и вздохнул:

— Хорошо. Только…

— Что? — я уже поднялась, готовая идти за Таризой.

— Ваш разговор… — темные глаза с фиолетовыми всполохами уставились на меня. — Если надумаете… Я почту за честь.

— Прародители-драконы! — воскликнула я, отскакивая. — Это шутка! Помните? Неловкая семейная шутка!

— Я бы себе не простил, если бы не попытался.

— Тариза! — крикнула я, высунув пылающее лицо в коридор. — Двойную дозу снотворного сюда!

***Амет***

— Он спит, — нежный голос лучиком пробился сквозь темноту, заволакивающую сознание. Воспоминания возвращались медленно, так что понадобилось несколько минут, чтобы понять — я в лечебнице Рейтига, на приеме у той самой таинственной драу, которая лечит любые недуги. Включая мой. Я не верил, но не смог отказаться от предложения попробовать.

Судя по голосу, целительница была молодой, порядком уставшей и не очень-то довольной появлению матери. Или тому, о чем та говорила. Я прислушался и ошеломленно моргнул — мать настраивает дочь на любовную близость⁈ Что⁈ Со мной⁈

От одной этой мысли по телу прокатился жар, болезненно заныли чресла, захотелось сменить позу, но я остался недвижим. Что это со мной⁈ Я даже не видел лица. Может девушка настолько дурна собой, что матери самой приходится подыскивать ей мужчину для инициации?

Отчего-то я точно знал, что это неправда, но такие мысли помогли остудить неуместное возбуждение.

— Эни, это нужно сделать. Этот мальчик или другой. Здесь много молодых мужчин… — голос женщины звучал расстроенно, но настойчиво.

После фразы про других мужчин я напрягся. А горечь в словах девушки вызывала немедленное желание вмешаться. Кажется, когда женщина вышла, облегчение испытали мы оба.

А после девушка коснулась меня. Пробежала ладошками по спине, и я забыл как дышать. Лишь когда спину вдруг пронзило быстрой острой болью, я сделал первый вдох. Он вышел сиплым и сдавленным, но, кажется, девушка решила, что я храплю. Следующие уколы не были неожиданностью, поэтому я перенес их легко. От места укола расходилась жаркая приятная волна.

— Жаль, конечно, угрохать на такого быка целый флакон. Но зато будешь как новенький, — неожиданно произнесла девушка и потянула меня за плечо. Я послушно повернулся и спросил:

— Мне нужно лечь на спину?

— Что? — кажется, я умудрился напугать целительницу. Но она быстро взяла себя в руки. — Да, пожалуйста.