Книга Дом Зверя, страница 30 – Мишель Вон

— Нет, – произнесла я внезапно окрепшим голосом. У меня все отняли, но теперь появилась надежда в каком-то смысле восполнить потери – тем, что желал заполучить отец.

Каково это будет – отнять у него все и оставить его беспомощным?

— Но я не знаю как… – снова повторила я, и теперь мои слова звучали не как возражение, а словно мольба о помощи.

Улыбкой моего спутника можно было бы осветить все ночное небо. Он взял меня за руку, чуть не подпрыгивая от восторга. При виде такого ребячества я тоже улыбнулась. Неужели это и впрямь Вестник смерти, который держит в страхе всю Кугару? Все книги ошибались. Жуткие картины, шепотом высказанные молитвы – ничто не отражало эту его сторону.

Казалось, мне вручили особенный дар – зрелище, предназначенное для меня одной.

— Я буду рядом и сумею тебя направить, – заявил он. – Отточу твое мастерство так, что даже самые истово верующие твои сородичи и представить не могут. Если доверишься мне, я помогу тебе получить все, о чем ты мечтаешь. И ты больше никогда не будешь одинока.

Мне захотелось этого так сильно, что я едва не рухнула на колени. Желание было столь же острым, как и тоска, которая терзала меня несколько последних недель, – по маминой улыбке, по своей руке, по прежнему моему жилищу. Всего этого теперь не существовало – но мой друг предлагал заполнить зияющие пустоты чем-то другим. Быть рядом, когда все отвернулись.

Кто может стать более постоянным, надежным спутником, чем высшее божество?

— Что нужно делать? – спросила я. И даже, слабо попытавшись улыбнуться, нашла силы добавить: – Надеюсь, вторую руку ты у меня не отнимешь?

— Ничего такого! – заверил он, рьяно качая головой, словно прогоняя саму мысль об этом. – Просто будь снова моим другом, Альма. Вместе нас не остановить. Я помогу тебе стать самым грозным воином Дома Авера, и никто не посмеет преградить тебе путь.

Я уставилась на державшую мою ладонь руку. Я знала: первоначально она принадлежала мне. Так же, видимо, как и вся моя жизнь, которая прежде была моей, а теперь я обменяла ее на нечто большее. Его предложение разожгло во мне пламя – я уж думала, что оно больше никогда не вспыхнет. У меня появилась цель – что-то кроме моего горя, то, ради чего стоит жить.

— Ладно, – сказала я. – Я принимаю соглашение, Зверь.

Он недоуменно моргнул, а потом рассмеялся – чистым, искренним смехом мальчишки, и этот смех звонко разнесся по горам. Невообразимо: самый жуткий бог Кугары – и способен так смеяться.

— Зверь! Надеюсь, ты не станешь меня так называть.

Я вся вспыхнула и нахмурилась. Он меня дразнил! Это было так по-человечески, что я набралась смелости и проворчала:

— Я не знаю, как еще тебя называть.

— Разве ты не помнишь? – Он широко улыбнулся, на щеках обозначились ямочки, а лицо словно осветилось. – Ты звала меня Астер.

Астер. Звездный мальчик. Конечно, я помнила. Как такое забудешь?

— Хорошо, Астер, – отозвалась я, сжимая его руку; пальцы Астера нежно обхватили мои. – Давай дружить.

Наверняка слуга, который пришел утром, был потрясен, увидев меня в гостиной – умытую и одетую в дневное платье впервые за долгое время.

Он вскрикнул и едва не выронил поднос с завтраком.

— Леди Альма, – с запинкой пробормотал слуга. – Вы… проснулись.

Окна стояли открытыми, и легкий ветерок уносил прочь тяжелый дух моей хандры. Я вдохнула свежий воздух и почувствовала себя обновленной.