Книга Дом Зверя, страница 179 – Мишель Вон

Я не отозвалась – непонятно, много ли ему известно. Но, наверное, как-то выдала себя, и отец бросил на меня ехидный взгляд.

— Решила, что я не в курсе твоих планов? – спросил он. – Их было легко разгадать. Соглашусь – ты и впрямь оказалась той еще занозой в заднице, какой и хотела быть, но я знал – гордыня не даст тебе отсидеться в стороне. В конце концов, ты все равно еще послужишь во благо. – Явно удовлетворенный исходом дела, он повел меня обратно по направлению к городу и огням Церкви.

К тому времени, как мы добрались до центра Сорроусенда, я уже перестала сопротивляться, и ноги сами несли меня за отцом. Я словно оцепенела. Пожертвовать собственными солдатами, устроить ловушку для Скитальца и ждать моего прихода отцу велел голос. Мой монстр привел меня прямо к нему. Они сговорились. Неужели из-за той минуты моей слабости Астер переметнулся к отцу? Или они давно это спланировали?

Неужели он врал мне с самого начала?

Боль острее любого кинжала пронзила меня насквозь. Если бы не чужая воля, что заставляла меня упрямо шагать по Теневому Пределу, я бы уже рухнула на землю. Внезапно я ощутила себя той девочкой, какой была восемь лет назад, когда узнала о смерти мамы. Хотелось лишь свернуться клубочком и гнить себе, пока все не закончится. Надо было умереть еще тогда.

Хуже всего вот что: кроме себя, винить мне некого. Как я не разглядела за сладкими речами Астера жестокость? Не веря, что он способен причинить мне боль, я полагалась на него до самого конца. Останься я в стороне, как советовала Севиль, возможно, у лорда Карнуса и Лайнела был бы шанс остановить моего отца.

А теперь они мертвы, и это моя вина.

На сей раз жуть нам на пути не попадалась. Те твари, что еще не издохли, бросали лишь взгляд на источающего силу Зандера Авера, убийцу Скитальца, и улепетывали прочь. Я безмолвно молилась – сильнее, чем когда-то прежде, – чтобы нам попался другой паладин и прикончил нас. Однако по дороге обратно мы не встретили никаких препятствий и вскоре уже поднимались по величественной лестнице, ведущей к тому, что так жаждал обрести отец.

Первый защитный рубеж Церкви представлял собой священный круг по всему периметру храма – щит, что был запечатан на месте гербом, вмурованным в ступени. Во мне затеплилась надежда, но она быстро погасла. Отец рубанул символ мечом, и мощь, что бурлила у него под кожей, – ихор Скитальца – рванулась наружу. Герб разлетелся вдребезги под ударом клинка.

Лютого Зверя не зря столько веков почитали как повелителя смерти. У каждого высшего бога Кугары был собственный дар, но никто не мог сравниться со Зверем в грубой силе.

Охранный круг рассеялся в воздухе, и отец почти беззаботно заявил:

— Наверняка лорд Карнус поведал тебе маленький грязный секрет Кугары. Правда, сдается мне, рассказал он не все.

Не хотелось отвечать ему, я предпочитала тонуть в своем тихом отчаянии. Отец не заслуживал моего ответа, но он, как обычно, сумел задеть меня за живое. Когда я промолчала, Зандер, приподняв бровь, сказал:

— Да брось, Альма. Неужели Карнус Метиа скрыл это от тебя? Видимо, не так уж он тебе доверял.

— Мне хватило сведений, – буркнула я, кипя от злости. – Ты желаешь уподобиться богу. Ты украл тайное знание у Совета и совершил святотатство в угоду своему тщеславию.