Книга Яблоневый сад попаданки, страница 89 – Алёна Мирова

Новый брачный договор Арден прочитал внимательно. Пятый пункт о Шелесте назвал разумным, приложение о хозяйственных советах — юридически сомнительным.

— Садовик не является лицом, способным заключать договоры.

— Я лицо, — возмутился Шелест. — Вот глаза, нос, рот.

— В правовом смысле.

— Право опять неполное.

Арден переписал наши правила в официальный документ. Добавил раздельные счета, совместную ответственность за детей и обязательное взаимное согласие на продажу земли. Отдельным приложением закрепил содержание хранителя как расход сада.

Мы подписали договор в присутствии Беаты и Терена. Шелест снова оставил лапу, хотя поверенный не включил её в список печатей.

После подписания Дориан подарил мне тонкое кольцо с маленьким зелёным камнем. Старое обручальное оставалось на пальце с момента пробуждения. Он снял его осторожно и положил в шкатулку прежней Алины.

— Это принадлежало нашему первому договору, — сказал он. — Новому нужно другое.

Я надела новое кольцо. На внутренней стороне была выгравирована маленькая яблоневая ветка.

— Вы потратились.

— Камень небольшой. Арден проверил цену.

— Тогда принимаю.

— Если бы он не проверил?

— Тоже приняла бы. Но поворчала.

Дориан поцеловал меня. Шелест, к счастью, в этот момент был в лавке и подписывал карточки.

В середине октября начались дожди. Они шли по два-три дня, тихо и упорно. Дорожки размокли, река поднялась, сад потемнел. Листья осыпались быстрее, ветви открылись.

Мы закончили наружные работы. Канавы прочистили, молодые деревья укутали, стволы защитили от грызунов. Терен перенёс инструменты в контору и занялся планами весенней обрезки. Томас сидел рядом, переписывал сорта и мечтал начать немедленно.

— Зимой дерево спит, — объяснял садовник. — Режем после сильных холодов или перед весной, когда видно повреждения.

— Можно потренироваться на сухих ветках.

— Завтра. Сегодня урок письма.

Томас ушёл недовольный, но с тетрадью.

Производство стало спокойнее. Три дня в неделю сушильня, два — повидло, сироп и упаковка. Один день на большую уборку и учёт. В воскресенье работали только Беата, Лотта и дежурный по печам; остальные отдыхали.

Я старалась соблюдать собственный распорядок. Получалось до первого срочного заказа.

Леди Вирена прислала просьбу увеличить зимнюю партию со ста коробок до ста пятидесяти. Я уже собиралась согласиться. Цена была хорошей, запас яблок позволял. Дориан прочитал письмо и спросил:

— Сколько часов работы добавят пятьдесят коробок?

— Продукция почти готова. Только упаковка.

— Сколько?

Я посчитала. Двести часов на всех, если учитывать изготовление коробок, конфет и печенья Миры.

— Нанимаем временных работников.

— Кого?

— В деревне найдутся.

— Они уже заняты подготовкой своих домов к зиме. Вы обещали не брать заказ без расчёта людей.

Мне не понравилось, что он прав. Я положила письмо на стол.

— Это мой бизнес.

— Да. Я задаю вопрос.

— Звучит как запрет.

Дориан замолчал. Мы сидели в моём кабинете, между нами лежали книги и образцы зимней упаковки. За окном шёл дождь.

— Я не запрещаю, — сказал он после паузы. — Боюсь, что вы снова будете ночевать в сушильне и забудете про обещанный отдых. Но решать вам.

Раздражение отступило. Раньше мы оба превратили бы разговор в спор о праве. Теперь он назвал настоящую причину.