Книга Яблоневый сад попаданки, страница 64 – Алёна Мирова

— Сейчас не расселяем. Обустроим вторую как учебную и игровую. Захотят — сами выберут.

Олви сделал столы из оставшихся досок. Я выбрала светло-зелёную ткань на шторы, Беата нашла два коврика. В шкаф положили чистые рубахи, на полку — книги. Нелли пришла после урока, увидела новую комнату и сразу перенесла туда карандаши.

Томас остановился на пороге.

— Мы должны переехать?

— Нет. Это место для занятий. Спать можете вместе, сколько хотите.

— Зачем две кровати?

— На случай, если однажды захотите отдельные комнаты. Или если приедет другой ребёнок в гости.

Он проверил окно, шкаф и дверь. Потом поставил на стол учебный нож для прививок.

— Здесь буду читать записи Терена.

Вечером стул у прежней детской впервые стоял у стены, не поперёк входа.

Я заметила, но никому не сказала.

В тот же день пришла Нора Мейс с подписанным отказом и корзиной вязаных носков. Она держалась у порога и просила передать детям. Томас согласился увидеть её во дворе. Я осталась недалеко, но не вмешивалась.

— Господин Тейс больше не спрашивает, — сказала Нора. — Попечитель прислал бумагу.

— Хорошо.

— Муж сердится, что ты ничего не вернул.

Томас напрягся.

— Это моё.

— Знаю. Я ему сказала. — Нора протянула корзину. — Носки вам. Сама связала.

— Мы не просили.

— Я всё равно связала.

Нелли вышла из-за спины брата. Достала из кармана яблочную конфету и положила сверху.

— Это вашим детям.

Нора прижала ладонь ко рту, потом взяла конфету.

— Спасибо.

Она ушла быстро. Томас долго смотрел вслед. Носки занёс в дом и спрятал в сундук, но вечером надел одну пару.

Дориан наблюдал из окна кабинета.

— Вы оставили им право решить, — сказал он, когда я вернулась.

— Нора не опасна. Её муж — возможно. Его близко не подпустим.

— Я поручил попечителю проверить условия её детей. Если семье нужна помощь, город может назначить продовольствие и работу без передачи заработка мужу.

— Вы решили это заранее?

— Начинаю понимать, что иногда стоит объяснять.

— Хороший навык.

Он подошёл к моему столу. В вазе стоял утренний букет. Яблоки пока держались.

— В столице мне предлагают повышение, — сказал Дориан. — Руководство окружными проверками. Придётся ездить ещё больше.

— Вы хотите?

— Раньше хотел. Сейчас не уверен.

Я не стала просить отказаться. Его работа была важна, и наш короткий роман не давал права решать за него.

— Можно работать часть месяца в Ремее? — спросила я. — Отсюда до города два часа. Палата имеет отделение.

— Имеет. Должность столичная, но отчёты можно готовить где угодно.

— Тогда посчитайте дни. Сколько обязательно проводить в столице, сколько можно здесь, сколько в поездках. Вы умеете считать.

Дориан улыбнулся.

— Практичное ухаживание.

— Другого у меня нет.

— Мне подходит.

Он наклонился, коснулся губами моей щеки и сразу отступил. Поцелуй был лёгким, почти дружеским. Щека горела ещё долго.

Тепло держалось до конца сентября. Днём мы работали в лёгких рубашках, вечером надевали шали. Потом Терен пришёл к завтраку с серым лицом и веткой светлушки в руке.

— Ночью будет холод, — сказал он. — Лист свернулся, сок ушёл к стволу. Может прихватить низины.

— Сколько плодов ещё на деревьях?

— Около ста корзин. Поздние хранки переживут. Светлушки и вечерницы потеряем, если температура упадёт ниже нуля.