Книга Яблоневый сад попаданки, страница 63 – Алёна Мирова

Я смотрела на его профиль в тёплом вечернем свете. Дориан думал о моей безопасности даже тогда, когда сам не знал, что чувствует.

— А вы что выбираете?

Он повернулся ко мне.

— Остаться рядом. Узнать вас. Помочь саду пережить зиму. Научить Томаса пользоваться картой и убедить Нелли, что хлеб будет утром. Но я не знаю, имею ли право называть это продолжением брака.

— Не называйте. Назовём ухаживанием.

Дориан приподнял брови.

— Вы предлагаете мне ухаживать за собственной женой?

— За другой женщиной в теле собственной жены. Ситуация и так странная, хуже не станет. — Я потёрла пальцем царапину на борту телеги.

— Что считается ухаживанием в вашем мире? — Дориан повернулся ко мне всем корпусом.

— Цветы, встречи, разговоры. Мужчина иногда приносит что-нибудь приятное, — перечислила я.

— Я принёс пресс, — напомнил он.

— Очень романтичный подарок. Особенно тёмное прошлое. — Я кивнула на пустые ящики за его плечом.

— И перчатки, — добавил Дориан.

— Они засчитываются, — решила я.

Дориан рассмеялся. Телега качнулась на камне, я ухватилась за его руку. Он не отпустил. До самых ворот мы сидели, сцепив пальцы между пустыми ящиками.

Субботним утром Дориан начал ухаживание с букета. В нём были поздние ромашки, веточки мяты и три маленьких яблока на листьях.

— Это цветы или завтрак? — спросила я, принимая букет.

— Шелест сказал, бесполезные растения сад не одобрит.

Хранитель сидел на перилах и довольно щурился.

— Я предложил добавить орехи, но лорд пожалел ленту.

— Орехи падали, — возразил Дориан. — Они бы высыпались.

— Значит, букет составляли вместе?

— Я отвечал за практичность, он — за претензии.

Я поставила цветы в кувшин на столе. Нелли объявила букет красивым и попросила один такой же для себя. Томас сказал, что яблоки в вазе испортятся. Беата предложила не мешать взрослым и отправила детей завтракать.

После еды приехала учительница. Госпожа Лира была худенькой женщиной с добрым лицом и строгими правилами. Она занималась с детьми в библиотеке. Я выделила им стол у окна, доску и закрывающийся шкаф для книг.

Томас сопротивлялся письму. Он умел читать простые тексты, хорошо считал, но выводить буквы терпения не хватало. Нелли старалась, зато путала правую и левую стороны строки. Дориан сел заниматься картой в соседнем кресле и вскоре оказался втянут в урок.

— Почему столица здесь? — Томас показал на светящуюся точку.

— Река широкая, земля высокая, дороги сходятся с четырёх сторон.

— А Яблоневый Берег где?

Дориан дал ему световое перо. Мальчик провёл линию от Ремея к северу, добавил изгиб реки и поставил зелёную точку.

— Здесь.

Надпись вышла неровной. Госпожа Лира попросила написать название на доске десять раз. Томас застонал, но выполнил.

Нелли тем временем нарисовала рядом яблоко и маленького Шелеста.

— На официальных картах хранителей не рисуют, — заметил Дориан.

— Тогда карта неправильная.

— Сильный довод.

Он позволил оставить рисунок.

Пока шёл урок, мы с Беатой разбирали комнаты восточного крыла. Опека стала законной, и я хотела, чтобы у детей появилось больше собственных вещей. Томасу нужна была полка для книг и инструментов, Нелли — стол для рисования. Делить комнату они привыкли, но свободные спальни позволяли подготовить две соседние.

— Они не захотят, — сказала Беата. — Мальчик всё ещё спит у двери.