Книга Яблоневый сад попаданки, страница 2 – Алёна Мирова

Я отпустила занавеску.

Больница отменялась!

— Воды можно? — попросила я, потому что горло действительно пересохло.

Беата налила из дорожной фляги в серебряную кружку. На её донышке тускло светился знак, и вода оказалась прохладной, хотя в карете было душно.

— Благодарю, — сказала я после нескольких глотков. — Расскажите, что сейчас в поместье. Я хочу понимать, чем придётся заняться завтра.

Экономка приподняла брови. Видимо, прежняя хозяйка редко интересовалась хозяйством.

— Завтра вам нужно отдыхать, миледи.

— Отдыхать я буду в перерывах. Сколько слуг осталось?

— Я, кухарка Лотта и конюх. Ему семьдесят два, поэтому лошадей он теперь больше уговаривает, чем обслуживает. Горничная ушла весной, когда перестали платить вовремя. Садовник тоже ушёл. В доме закрыта половина комнат, крыша над западным крылом течёт, погребной знак выдохся ещё зимой.

Она перечисляла всё ровным голосом, а я считала проблемы. Три человека на большое поместье. Нет садовника в месте, которое называлось Яблоневым Берегом. Жалованье задерживали. Крыша течёт. Впереди осень.

— Деньги есть?

— Лорд назначил вам содержание, — Беата помедлила, — но из него вычитают дорожные расходы, счета модистки и долг ювелиру. Управляющий должен прислать остаток через две недели.

Я ещё раз посмотрела на гладкие руки. Чужая Алина любила платья и украшения. Знать бы, что она сделала, прежде чем оказалась в этой карете с лихорадкой и молчаливой экономкой.

— А еда?

— Муки на неделю, крупы меньше. Есть две курицы, коза и овощи на огороде. Лотта что-то сохранила с прошлого года. Сад большой, но его давно толком не обрабатывали. Яблоки продают на корню господину Вельсу, он сам присылает сборщиков.

— По какой цене?

Беата назвала сумму. Я не знала местных цен и монет, но её лицо сказало достаточно.

— Плохо платит?

— Очень дёшево. Он забирает всё разом, даже мелкие и битые. Леди Эстель соглашалась, чтобы не держать работников. После её смерти лорд Дориан бывал здесь три раза и договор не менял.

Карета замедлилась. Колёса застучали по каменному мосту, где-то впереди крикнул возница. Я снова выглянула наружу.

За рекой поднимался невысокий холм. На его склоне стоял большой дом с острой тёмной крышей. Издали он выглядел прилично, только одно крыло пряталось за строительной сеткой, которая давно провисла. Вокруг росли яблони. Они тянулись от дороги к лесу, спускались к воде и окружали дом со всех сторон. На ветвях горели красные и золотистые плоды, под деревьями лежало столько падалицы, что земля казалась пятнистой.

Я невольно подалась ближе к окну.

— Это всё наше?

— Ваше поместье, миледи, — поправила Беата. — Лорд переписал доход с него на ваше содержание. Земля всё ещё принадлежит роду Ройс.

Не мне. Моё здесь было только имя, да и то чужое.

За воротами карету встретила тишина. Никто не выстроился вдоль дорожки, не поклонился и не сообщил, что ждёт хозяйку. В сухой траве стрекотали насекомые. У крыльца стояла низкая женщина в переднике и сердито отмахивалась от курицы. Чуть дальше худой старик держал под уздцы рыжую кобылу.

Я взялась за ручку дверцы. Рука дрогнула от слабости, и пришлось подождать, пока Беата выйдет первой. Возница поставил ступеньку. Я спустилась, почувствовала под подошвами твёрдый гравий и остановилась.