Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 264 – К. Рэдлиф

— Сегодня снова будешь до самого вечера у дядюшки Гао? – поинтересовался Хао Цзы, что-то жуя.

— Да, скорее всего, – Цзэ Сюлань поднес чашку к губам, но неожиданно чихнул. Да так, что содержимое почти полностью выплеснулось на его одежду!

— Лю Цзюнь! – воскликнул Хао Цзи, подрываясь с места. – Ты не обжегся?

Мужчина выхватил чашку из чужих рук, стараясь не пролить остатков. А потом принялся искать тряпку, чтобы хоть немного вытереть.

— Все в порядке. Чай уже совсем остыл. Я пойду высушусь, – решил Цзэ Сюлань, покидая кухоньку.

Приведя себя в порядок в комнате и забрав все необходимое, хозяин Туманного склона направился к лесу в домик старого даоса. Завтракать перехотелось.

Гао Гэньюй как раз занимался ерундой, пуская камни по речной глади. У самого берега речушки стояла низенькая скамеечка, на которой он сидел. Его белый халат таскался по песку, но чистота особо не заботила этого человека. Увидев Цзэ Сюланя, Гао Гэньюй подвинулся в сторону, освобождая место для заклинателя.

Он был старым человеком, который любил пофилософствовать на различные темы. А еще был даосом, и очень часто этими темами становились гармония, судьба, долголетие и бесконечные циклы вселенной. Вдохновившись серым кривым камнем в руке, дядюшка Гао опять коснулся «потока жизни», о котором мог говорить часами.

— Чушь эта ваша судьба, – фыркнул Цзэ Сюлань на длинную речь даоса. Гао Гэньюй, как только увидел Цзэ Сюланя, сразу понял, что тот не в духе, поэтому решил немного повыводить заклинателя из себя и помочь негативной энергии выйти наружу. – Лишь оправдание для бесхребетных людей, что не хотят брать ответственность за свои действия. Легче всего все свернуть на судьбу и отряхнуть руки.

— То есть ты хочешь сказать, то, что мы встретились, не по велению судьбы?

— Конечно. Мы встретились, потому что и вы, и я попали в ловушку Тан Цзыци, и всего-то. Никакой судьбы.

— Думаешь, не судьба то, что мы находимся здесь, без возможности выйти? Это и называется судьбой.

Цзэ Сюлань выпустил трость из рук, и та с тихим шелестом опустилась на песок.

— Это называется смирение. Если я найду выход, то это тоже будет судьбой?

— Конечно!

— А если нет? Если я заленюсь и сдамся, то что тогда?

— Тоже судьба.

— Так тогда замечательно! – рассмеялся Цзэ Сюлань. Легкий ветер путал его волосы. Он пах гнилостью и речным илом. Высокие травы у самой кромки воды тихо перешептывались друг с другом, и Цзэ Сюланю казалось, что все кричит, несмотря на то что кругом было тихо. Все же в этом месте была слишком тяжелая энергетика. – Если я управляю своей судьбой, то зови это как хочешь.

Старик на это хитро улыбнулся:

— Как дерзко ты мыслишь. Не боишься, что небеса разозлятся? Кажется, тебе забыли вложить основы в голову в начале обучения. Ты мне в самую первую нашу встречу показался весьма интересным.

Цзэ Сюлань ничего не сказал. Он не любил, когда люди начинали говорить загадками, хоть и сам это часто делал. А у старого даоса была странная привычка напускать тумана на свои слова.

— И даже не спросишь почему? Что ж, я тогда сам расскажу. В первую встречу ты мне показался весьма противоречивым. Во всех нас сокрыта сила одной из пяти стихий. С первого взгляда я определил, что ты дерево. Но потом тут же увидел, что энергия твоя больше соответствует металлу. Ни один человек не может иметь сдвоенную энергию. А дерево и металл так отличны друг от друга! Поэтому ты меня очень заинтересовал. Словно душа не соответствует телу.