Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 263 – К. Рэдлиф

От целого пирога Цзэ Сюлань отказался, взяв только кусочек для Линь Яна. Это тронуло Чжао Байцзы еще больше, и на следующий день каждый житель деревушки знал, что Цзэ Сюлань лечит за минимальную плату.

Никто из обитателей пространства не жаловался на свое здоровье. Но это было до тех пор, пока не было лекаря под боком. Как только люди узнали, что есть тот, кому можно рассказать о каждой болячке, к Цзэ Сюланю выстроилась очередь. Они тащили все, начиная с еды и заканчивая глиняной посудой, жалуясь на желудок, сон, шаткие нервы, давнюю боль в ноге и частые головокружения. Хозяин Туманного склона старался назначить лечение каждому, не принимая ничего в качестве платы.

— Я помогаю вам, а вы потом поможете мне, – говорил он с мудрой улыбкой.

Люди благодарили его и возвращались к своим делам со спокойной душой.

Цзэ Сюлань не был настолько великодушен, чтобы желать помочь всем и каждому. Основной причиной его деятельности была скука. И будь он в другом месте в другое время, он бы точно не стал тратить свои силы и время даром. Но в этом месте ему могла понадобиться помощь в любой момент, поэтому Цзэ Сюлань выбрал удобную модель поведения великодушного праведника и успешно прятал свои искренние мысли за ласковыми улыбками. И все были счастливы.

Разве что кроме Ю Сяолэй и Хао Цзы. Те не упускали возможности упрекнуть за недальновидность, попрекая за каждую съеденную крошку.

— Я приношу столько, что хватает на нас двоих, – говорил в его защиту Линь Ян, – поэтому пусть делает что хочет.

После таких слов хозяева дома затыкались, но продолжали пилить недовольными взглядами нежное нефритовое лицо с пустыми глазами. Как жаль, что Цзэ Сюланя это не волновало.

Каждое утро в деревушке начиналось с рассветом, когда злобные зомби убегали в лес. Линь Ян просыпался, как только начинало светать, лежал какое-то время, пока не будет готов завтрак, а после еды шел туда, куда его позвали накануне.

Он прекрасно знал, что Цзэ Сюлань любит поспать подольше, поэтому не будил вместе с собой и остальным велел не будить. Но кто его слушал? Как только дверь за Линь Яном закрывалась, Ю Сяолэй так начинала греметь посудой на кухне, что стены ходуном ходили.

Этим утром Цзэ Сюлань тоже проснулся от грохота. Оказалось, что это Хао Цзы что-то мастерил прямо под его окном. Его жена же выбрала более спокойное занятие на огородике.

Когда Цзэ Сюлань, собрав волосы и приведя себя в порядок, вышел из дома, Хао Цзы тут же его дружелюбно поприветствовал, словно не он только что тут пытался достучаться до небес.

— Что-то ты сегодня рано, – подметил Хао Цзы, отбрасывая инструменты в сторону.

— Сам не знаю, отчего так рано встал. Наверное, сон дурной под утро прицепился.

— Все может быть, все может быть. Сяолэй сейчас занята, пойдем, я тебя покормлю. А то опять ускачешь к дядюшке Гао голодный.

— Буду благодарен, – склонил голову Цзэ Сюлань и вновь вошел внутрь.

Сегодня на завтрак были сухие лепешки. Не совсем то, чего хотелось этому мастеру, но тоже сойдет.

После сна горло пересохло, и первым делом Цзэ Сюлань потянулся за чаем. Он уже подстыл и был приятной температуры. Взяв чашку в руки, Цзэ Сюлань полной грудью вдохнул исходящий от него запах – свежий и сладкий аромат красного чая переплетался с миндальной горечью.