Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 203 – К. Рэдлиф

После сытного ужина и чаепития все пятеро заклинателей остались на кухне. Беседа шла весьма медленно и неторопливо. Вначале они обсудили гостей, прибывших на праздник Весны в орден, затем перешли к беседе о предстоящем собрании. Ученикам особо нечего было здесь вставить, и они могли лишь впитывать каждое слово в надежде, что оно сможет им когда-нибудь пригодиться. Было видно, что они точно не в восторге от присутствия старейшины Линя. Если бы не он, наверняка мастер Цзэ посвятил бы все свое время им, рассказывал бы всякие интересности о растениях или о животных. А может быть, вообще провел бы интересную лекцию о ядах, которыми увлекся в последнее время. Сейчас же все внимание хозяина Туманного склона направлено на старейшину Линя. Сидеть здесь и слушать разговоры старших было куда лучше, чем готовиться к отбою в «стадной» низине, но все же… В последнее время старейшина Линь слишком уж сильно начал интересоваться мастером Цзэ. Не вышло бы из этого чего плохого.

— Так ты тоже пойдешь? – Цзэ Сюлань уже давно осушил боги знают какую по счету чашку и теперь, играясь, водил по краю пальцем, слегка наклоняя посудину то вправо, то влево, но не давая ей завалиться набок.

— Ежегодное собрание – важнейшее событие в политической жизни ордена. Разумеется, стоит там побывать, чтобы разнюхать обстановку. А после тех новостей, что ты мне сообщил, разве я могу не пойти?

— Окажешь мне поддержку, когда я захочу выступить против? – насмешливо фыркнул Цзэ Сюлань. Разумеется, он не верил, что Линь Ян захочет хоть как-то подставлять себя, и, скорее всего, предпочтет плыть по течению, чем явно сопротивляться. Во всяком случае, Цзэ Сюлань так бы и сделал.

Линь Ян скопировал его насмешливый тон, огибая прямой ответ:

— А мастеру Цзэ нужна моя поддержка?

— Мастер Цзэ не отказался бы.

— А что мне за это будет?

— В случае успеха – ничего, а в случае провала – подозрения и недоверие со стороны всех членов этого увеселительного мероприятия.

— Эх ты, – Линь Ян искренне рассмеялся, Цзэ Сюлань тоже ему улыбнулся, – не умеешь ты красиво преподносить условия сделки.

— Да, лао Линь, совсем не умею. Поработаю как-нибудь потом над этим навыком. Так что скажешь?

— Я посмотрю по обстоятельствам. Мне ужасно не нравится то, во что ввязывается орден и весь альянс в целом. Но ты ведь и сам должен прекрасно понимать, что ни от твоего, ни от моего голоса ничего не изменится.

— Ты думаешь, голосов не будет больше? – Цзэ Сюлань наконец оставил чашу в покое и поставил локоть на стол, подпирая ладонью щеку. На улице уже давным-давно стемнело, и свечи, расставленные по кухне, плохо справлялись с полумраком. Черные тени легли на красивое лицо мастера Цзэ, заостряя мягкие черты. Цзэ Сюлань был очень красивым человеком. Он, появляясь в любом месте, был способен приковать к себе множество взглядов лишь одним своим присутствием. Но его черты лица были весьма мягкими и нежными. Его ни в коем случае нельзя было перепутать с женщиной, но его нежное лицо выглядело как фарфоровый слепок, снятый с избалованного сына императора. Сейчас же его красота стала более возвышенной и слегка отстраненной. Из сына императора он стал небожителем, являющимся во снах своим подданным и будоражащим их сознание своим сиянием.