Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2, страница 8 – К. Рэдлиф

Цзэ Сюлань тут же узнал чужую ауру, а Цао Цзюань громко крикнул:

— Кто?

— Это старейшина Линь, может быть откроете? – послышался знакомый голос.

Цао Цзюань поспешил к гостю. Раздвинув деревянные панели, он пропустил Линь Яна в комнату, а сам собрался уходить. Почему-то после возвращения Линь Яна и Цзэ Сюланя из пространства Тан Цзыци Цао Цзюань стал ощущать себя третьим лишним, когда эти двое оказывались рядом (даже учитывая то, что Цзэ Сюлань был без сознания долгое время!). Это чувство было очень неловким, и глава Цао поспешил убежать.

— Глава Цао, – окликнул его Линь Ян, пока тот еще не успел вскочить на меч. – Разве я не попросил позвать меня сразу же, как мастер Цзэ придет в себя?

— Ах да, было что-то такое. – Цао Цзюань с раздражением сжал ножны меча в руке, отводя взгляд. А потом очень тихо добавил: – Как ты вообще узнал…

Однако слух Линь Яна полностью восстановился и стал таким же острым, как и прежде.

— Я пришел кое-что обсудить на гору Распорядков. А там мне сказали, что глава внезапно убежал в сторону Туманного склона. Вот я и направился сюда.

— Кажется, главе Цао следует научиться не произносить свои мысли вслух, – ухмыльнулся Цзэ Сюлань.

— И что же старейшина Линь хотел обсудить? – Цао Цзюань весь покраснел от стыда, и его голос стал совсем тоненьким.

— Это не так важно, как здоровье мастера Цзэ. Так что забудьте.

Дважды повторять Цао Цзюаню не пришлось. Он тут же вскочил на меч и скрылся.

Линь Ян задвинул за ним двери, а потом подошел к кровати хозяина Туманного склона. Он какое-то время молча смотрел на бледное, осунувшееся лицо заклинателя. Цзэ Сюлань тоже смотрел в ответ. Порой долгий прямой взгляд становился настоящим испытанием, но золотые глаза лучшего в мире мечника вызывали только чувство гармонии и спокойствия.

— Как ты? – Линь Ян присел рядом с кроватью.

— Неплохо. Возможно, лекарь Ли не так способен, как Янь Хуа, но он тоже знает свою работу.

— Полагаю, в будущем Янь Хуа откажется лечить и меня, – между прочим заявил Линь Ян.

— Почему?

— Мы с ней слегка повздорили после моего пробуждения. Когда я узнал, что она отказалась лечить тебя и приказала всем своим прихвостням не подходить к тебе, я был слегка зол и обругал ее. Возможно, слишком сильно обругал. В любом случае извиняться я не планирую.

Цзэ Сюлань понимал, что это было явно лишним, но отчего-то ощутил удовлетворение. Чувство, когда тебя защищают, было непривычным, однако весьма приятным.

— Неужели старейшина Линь решил нажить себе врагов в ордене? Нет-нет-нет, это моя привилегия.

Шутка была несмешная, но Линь Яну захотелось посмеяться. Все это время он не переживал за здоровье Цзэ Сюланя. Тот не получил травм, с которыми не смог бы справиться, и к тому моменту, как сам Линь Ян очнулся, состояние хозяина Туманного склона стабильно улучшалось. Просто следовало подождать, пока его тело полностью придет в норму. Не было поводов для беспокойства, но Линь Ян тосковал по этому человеку. И поэтому сейчас, когда тот наконец-то пришел в себя, Линь Ян чувствовал тихо клокочущую в груди радость.

— Помнишь, в той странной яме в пространстве Тан Цзыци ты попросил меня запомнить печати и после нарисовать их. Вот, держи. – Линь Ян достал из-за пазухи сложенные листы и передал их Цзэ Сюланю.