Книга Терапия для дракона, страница 101 – Майя Фар

И это в мои планы никак не входило.

Оставался второй способ.

Ненавижу драконов. Вернее, полёты.

Когда огромная лапа сомкнулась вокруг моей талии, я только успела вдохнуть. Потом земля из-под ног исчезла. Стало очень холодно, невозможно было укрыться от ветра, который бил в лицо. Про то, чтобы любоваться ночными видами, не шло и речи. Я зажмурилась и боялась даже взглянуть вниз.

Когда тебя несут, зажав в драконьей лапе, — это, доложу я вам, ни с чем не сравнимо. К концу полёта я чувствовала себя куском мяса, который аккуратно переместили через границу и с некоторым удивлением обнаружили, что он ещё дышит. Мне понадобилось минут десять только на то, чтобы прийти в себя и вспомнить, как стоять на ногах.

Зато, как оказалось, всё это заняло очень немного времени, а оклемавшись после экстремального перемещения, на что понадобилось ещё пять минут, я вошла в дом.

В дом, где меня ждали Эления и Алисия.

Встречи с прошлым Оливии я опасалась: мне казалось, что уж если кто сможет догадаться, что я не Оливия, то это они. Те, кого Оливия считала семьёй.

Дом стоял на отшибе, с краю небольшого посёлка домов на двадцать, хотя, может быть, в темноте я не всё увидела. Небольшой, симпатичный, ухоженный, окружённый палисадником, в котором было несколько клумб, за которыми явно кто-то ухаживал, причём с душой, потому как каждая клумба имела своё «лицо», и все они органично друг друга дополняли.

В том числе и ароматами. Ночь же, а ночью ароматы цветов ещё сильнее. Свет в доме не горел. И, остановившись перед дверью, барон вопросительно взглянул на меня.

— Не шумите! — строго сказала я, представив себе, что можем напугать ребёнка и пожилую аэру.

Я осторожно постучалась.

Через некоторое время внутри зажёгся свет и послышались шаги.

Я уже видела по нетерпеливому лицу барона, что он не намерен больше ждать, и тогда я тихо сказала:

— Эления, это я, Оливия.

Из-за двери послышался сдавленный вздох, и вскоре дверь осторожно отворили. В свете тускло горящей лампы, напоминающей по форме керосиновую, я увидела женщину, от вида которой у меня защемило сердце.

Нет! Она не была ни на кого похожа, но глаза у меня защипало — может, так сработало тело Оливии, если такое возможно. Но эта женщина совершенно точно была мне дорога, именно мне, потому что я уже не могла отделить чувства Оливии от своих. И, наверное, именно поэтому внутри рядом с этим щемящим чувством поднялась волна гнева, направленная на барона, что он смеет угрожать дорогим мне людям.

Женщина подслеповато прищурилась и немного протянула руку вперёд, чтобы свет упал на меня. А когда разглядела, кто перед ней, глаза её распахнулись, а потом на лице её возникла такая радость, что мне даже стало неловко.

— Олечка! — И будто бы даже не заметив барона, она сунула ему в руку лампу и, всхлипнув, просто упала мне в руки.

Барон от неожиданности так и застыл с лампой в руках, а я в этот момент так пожалела, что не было у меня возможности взять с собой никакой артефакт, сейчас бы спокойно можно было передать.

Единственное, я шепнула:

— Элечка, скоро за вами придут от моего мужа.

Мне захотелось сказать кодовое слово, и я ничего другого не придумала, кроме «парез».

Этот термин вряд ли кто-то, кроме меня, знает.

— Запомни слово: «парез». Тот, кто его скажет, точно будет от меня.