Книга Симулякр, страница 70 – Гидеон Торн

В столовой поднялся приглушённый гул. Николай, сидевший рядом с Петром Семёновичем, с возрастающим интересом наклонился вперёд.

— Постойте, Пётр, вы хотите сказать, что эта машина не испытывает никаких чувств? Ни благодарности, ни привязанности? Вообще ничего?

— Именно так, — подтвердил Пётр Семёнович с лёгкой, самодовольной улыбкой. — В отличие от вашей Афродиты, Николай, которая обожает вас с первой же секунды.

— Но тогда какой в этом смысл? — вклинилась незнакомая девушка, и её голос прозвучал ровно и деловито. — Рыночная стоимость андроидов строится на их способности имитировать привязанность. Вы создали машину, которая в этом не нуждается. Это интересно с научной точки зрения, но коммерчески...

— Коммерчески это может перевернуть всё понятие об искусственном интеллекте, — настаивал Пётр Семёнович. — Если он научится строить отношения, а не слепо следовать программе...

Меня начало охватывать раздражение от этого всеобщего внимания. Так я и знала, что всё к этому и шло. Что дальше? Может, ещё заставят что-то продемонстрировать? Господи, лишь бы им в голову не пришла такая мысль.

Тут я заметила, что Алиса смотрит на меня с жадным, ненасытным любопытством.

— И как же ты его... учишь? Он что, вообще не реагирует на твои приказы? На попытки сблизиться?

— Он выполняет команды, — уклончиво ответила я, — но его мотивация иная. Не служение, а... познание.

— Познание? — Николай покачал головой с видом полного недоумения. — Удивительно. И как это выглядит на практике? Вы даёте ему задание, а он... анализирует, хочет он его выполнять или нет?

— В общих чертах, он не может отказаться, но... — я почувствовала, что стремительно проваливаюсь в ловушку, — он оценивает целесообразность, изучает контекст...

— Да брось ты! — Алиса фыркнула с нескрываемым раздражением. — Говори прямо! Ты же пыталась его соблазнить? Уже спала с ним? А он что? Читал тебе лекции о нецелесообразности секса с начальницей?

В столовой вновь воцарилась мёртвая тишина. Я чувствовала на себе взгляд Дмитрия — в его глазах читалась гремучая смесь ревности и ярости.

— Процесс тестирования является коммерческой тайной компании, — жёстко заявила я. — И, если вы позволите, я не стану обсуждать его детали за обеденным столом.

— Конечно, конечно, — Пётр Семёнович кивнул, но в его глазах читалось нескрываемое удовлетворение. Он добился своего — бросил меня на растерзание любопытству гостей. — Мы всё понимаем. Но должен признаться, проект действительно завораживающий. Машина, которая не любит. Которая может решать, приятен ей человек или нет. Почти как человек, не правда ли?

Неловкую паузу, повисшую после его слов, нарушил Олег Лебедев.

— Выбирает... — Олег Лебедев с силой поставил бокал, и хрусталь громко звякнул, едва не треснув. — Вас машины больше людей волнуют. Будто другое уже и внимания не стоит. И как мой сын у вас вообще мог работать?

— Олег, не стоит, — мягко, но настойчиво вмешался Пётр Семёнович. — Сейчас не время.

— А когда время? — Лебедев отставил бокал в сторону. — Я своего сына ищу уже две недели. А вы все... — он с презрением обвёл взглядом собравшихся, — делаете вид, что ничего не произошло.

— Олег, успокойся, — Пётр Семёнович положил руку на плечо взволнованного отца, и голос его прозвучал убаюкивающе, но во взгляде читалась стальная твёрдость. — Со всеми бывает. Молодой, кровь кипит. Наверняка улетел куда-нибудь с какой-нибудь красоткой, забыв обо всём на свете. С Дмитрием, помнится, такое тоже бывало — пропадал на месяц, а потом объявлялся довольный и загорелый.