Книга Девиант, страница 222 – Гидеон Торн

Цербер отстранился, неохотно отпуская мои ноги. Затем поднялся и плавным, отточенным движением скинул испачканный вином пиджак. За ним на пол полетела бабочка, а следом его пальцы уверенно занялись пуговицами рубашки.

Когда он потянулся к ремню брюк, я ошарашенно моргнула:

— Ты хочешь заняться этим прямо здесь?

— В нашей спальне кот, — резонно отозвался он. — И несмотря на то что домработница убирает квартиру каждый день, а я потом лично прохожусь за ней, это исчадие всё равно умудряется раскидывать шерсть в самые труднодоступные места. Ты даже не представляешь, чего мне стоило отбить у него эту лоджию.

Я невольно представила эту картину: Цербер, героически сошедшийся в эпической схватке с пушистым демоном, как некогда средневековые рыцари с драконами, только ради того, чтобы отвоевать для меня эту зелёную пещеру. Судя по тому, что мой нос до сих пор вёл себя прилично и я ни разу не чихнула, он и правда провёл здесь тотальную зачистку.

Тем временем Цербер полностью избавился от одежды, и я самым бесстыдным образом принялась его разглядывать. В таком первозданном виде я видела его лишь однажды, и сейчас мысленно в очередной раз поблагодарила всех богов корпорации в лице моего деда. У старика всегда был чертовски хороший вкус на мужские тела. Что, к слову, до сих пор меня удивляло: гейство дед не переносил на дух, но все его антропоморфные модели выходили безумно, практически гипнотически привлекательными. При этом он не забывал награждать их… кхм, весьма увесистым достоинством. Поистине, дед был выдающимся чудаком.

Цербер снова потянулся ко мне. Он сгрёб разбросанные подушки в одну удобную горку, аккуратно сместил моё тело повыше и навис надо мной, упираясь сильными руками в плед.

Он пристально посмотрел на меня, а я — на него. Время словно остановилось в янтарном полумраке оранжереи. Но кто-то из нас двоих должен был наконец это начать.

Я потянула к нему руки, желая перехватить инициативу, но он мягко поймал мои запястья и завёл их над моей головой, лишая возможности сопротивляться. Свободной ладонью он коснулся моих стрингов, принимаясь мучительно медленно стягивать промокший шёлк по бёдрам.

— Ты решил доминировать? — прерывисто спросила я, сгорая от этой невыносимой неспешности.

— Я хочу всё сделать сам, — тихо ответил он. — И в этот раз сомневаться в себе не буду. Пусть я изначально и не был заточен под интим, но сейчас главное — моё собственное желание сделать тебе приятно. Пусть даже это выйдет не так идеально, как мне хотелось бы.

— Ты всё делаешь идеально, — выдохнула я, отчаянно пытаясь удержаться за остатки уплывающего разума. — Кроме готовки. Кулинария — это точно не твоё.

Цербер резко одним дерзким движением сорвал с меня бельё и отбросил его куда-то в темноту оранжереи. Его пальцы чуть крепче сжали мои запястья над головой. Он склонился к самому моему лицу, обжигая губы горячим дыханием:

— Ты что-то имеешь против моей готовки, несносная девчонка?

И прежде чем я успела выдать очередную колкость, два его пальца без предупреждения вошли в меня. Я громко вскрикнула от неожиданности и оглушительного всплеска возбуждения. Цербер двигался уверенно и глубоко, в тишине лоджии раздался отчётливый влажный звук.

— Я вообще-то… брускетту съела, — прерывисто простонала я, отчаянно пытаясь шутить, подыгрывая ему.