Книга Девиант, страница 15 – Гидеон Торн

— Чёрт, — пробормотала я без особой досады. Удача сегодня была капризной дамой.

Мигрень, приглушённая таблетками, всё ещё била в висках. Я поймала взгляд проходящего андроида-официанта.

— Принеси на всех самое дорогое шампанское, какое есть, — сказала я, даже не пытаясь улыбнуться. — И не по бокалу. Две бутылки. Сразу.

Андроид замер на секунду, обрабатывая запрос. Его оптические сенсоры мягко щёлкнули, сфокусировавшись на моём лице.

— У нас есть эксклюзивный кюве «Cristal Louis Roederer 2008». Бутылка — восемь тысяч сингапурских долларов. Вас устроит?

— Да, давай, неси уже, — махнула я рукой, отводя взгляд. Меня начало подташнивать от этой стерильной вежливости; видимо, я слишком привыкла к Церберу и его манере общения.

Я сделала новую ставку — на этот раз на дюжину. Шарик снова закрутился. Пока он вертелся, подкатили тележку с шампанским: лёд в серебряном ведре, два стройных горлышка, торчащих, как дула элегантных пушек. Официант с профессиональной, но бездушной ловкостью откупорил первую бутылку. Звук хлопка был приглушённым, аристократичным.

Мои случайные компаньоны по столу замерли, глядя на бокалы, которые им тут же наполнили. Одна из женщин, лет пятидесяти, в вечернем платье с излишком страз, ахнула:

— Ой, как неожиданно! Это мне?

— Всем, — произнесла я, поднимая свой бокал. Игристая жидкость искрилась, словно заряженная миллиардом микроскопических взрывов.

Мужчина с другой стороны стола, крепкий, с сединой на висках, сделал глоток и оценивающе прищурился.

— Щедрость, достойная королевы. Кто вы, если не секрет? Новая хозяйка заведения?

Я слегка рассмеялась — звук получился хрипловатым.

— Нет, просто приехала отлично провести время. Угощайтесь.

В этот момент шарик, будто дразня, выскочил именно на мою дюжину. Фишки с мягким шелестом подтолкнули ко мне. Выигрыш не был огромным, но он был.

— Кажется, шампанское приносит удачу, — сказала я, осушая бокал одним длинным глотком. Холодная игристость обожгла горло, смывая часть тяжести с сознания. Мои новые «друзья» последовали примеру, и в их глазах вспыхнул тот самый азартный огонёк, который быстро стирает границы между незнакомцами.

Андроид-официант, получив, видимо, чёткий приказ от менеджера зала, замер у нашего стола, ожидая дальнейших указаний. Я сделала ещё ставку. Потом ещё одну. И ещё.

Игра превратилась в сюрреалистичный ритуал. Я болтала с женщиной о её неудачном опыте с андроидом-парикмахером, кивала мужчине, рассуждавшему о криптовалютах, заказывала ещё шампанское — теперь уже не спрашивая. Фишки у моих локтей то таяли, как весенний снег, то вырастали в внушительные горки. Мы выпивали, смеялись, и наш стол, словно магнит, притягивал взгляды. Другие игроки стягивались поближе, обращая внимание на эту «ненормальную» в чёрном платье, которая перед каждым запуском шарика поднимала бокал и провозглашала тосты вроде «За прекрасный вечер!» или «За то, чтобы завтра не наступило!».

Смешивать обезболивающее с алкоголем было, разумеется, идиотской затеей. Меня начало «разносить» — реальность дробилась на осколки: блики на хрустале, мерцание люстры, плоские улыбки андроидов, своё собственное разгорячённое тело под холодной тканью платья. Голова гудела, но боль отступила, сменившись опасной, пьяной лёгкостью.