Онлайн книга «Амнезия. Мой не бывший»
|
— Как может быть кончено, если ты ждешь ребенка?! – голос Воронова меняется на миг, и я закрываю глаза. Это звучит еще больней, чем мне казалось раньше. — Легко может быть! Так же легко, как ты переспал с другой женщиной, – разворачиваюсь к нему, смысл скрывать, что на глаза набегают слезы, это можно списать на мороз и ветер. – Так же легко, как запихнуть язык в ее рот у меня на глазах! — Не было языка. — А, ну раз не было, значит, все в порядке. Действительно, что это я? — Хватит язвить, Лина. Поехали домой, – догоняет, вновь хватает под локоть и уже сам ведёт к лестнице. — Домой, – я качаю головой в неверии, – да пошел ты, Воронов! Никуда я с тобой не поеду! Почему мне казалось, что смотреть ему в глаза будет намного проще, чем бросить его там же, где застала с другой женщиной. Примерно так же, как плеснуть ему кофе в лицо и хлопнуть дверью. Запал исчез, выгорел и выжег меня изнутри. — Все! Идем в машину! Очень холодно! – стаскивает меня со ступеней и идет куда-то к дороге, я едва успеваю за его широкими шагами. Сжимаю зубы, да пусть у тебя все отмерзнет насмерть, Воронов! Выкручиваюсь уже возле машины, припаркованной у обочины, это здоровенный внедорожник, но совсем незнакомый. Машину Ильи я ни с какой не спутаю, слишком хорошо ее знаю. Это еще одно место, где мы бывали близки, ведь в офисе приходилось играть роли совершенно чужих друг другу людей. Разворачивает меня за плечи и вжимает спиной в боковую дверь. — Я теперь тебя никуда не отпущу! Как ты могла подумать, что я оставлю тебя и нашего ребенка? Меня топит от этой близости, от запаха его духов, от ощущения защищенности и надежности. Любви, в которой я купалась до сегодняшнего утра! Я была счастлива! И от этого меня трясет и корежит еще больше! Дура наивная! Я была игрушкой. Очередной! В бесконечной череде! Эмоции вскипают во мне обжигающей вулканической лавой, которую уже не может сдержать черная обгорелая корочка на моем обугленном сердце, со всего размаху бью его по лицу ладонью. Глаза Воронова вспыхивают, я луплю его по другой щеке. И еще! И снова! Мне больно внутри и снаружи! А он только головой дергает на каждый мой удар и опускает веки. — Моего! Не нашего! Этот ребенок только мой! – задыхаюсь от гнева. – А ты!.. — Что я?! – перехватывает меня за запястье, притягивает к себе ближе. — А тебя я больше знать не хочу! Исчезни из моей жизни! Другой дурочке рассказывай свои сказки! Вешай ей лапшу на уши, пока трахаешь всех подряд! Найди себе… — Лина, прекрати! – встряхивает меня, – ты впадаешь в истерику! — А ты бесчестный мерзавец! Отпусти меня! — И куда ты пойдешь? – кричит в лицо, – здесь некуда идти! Мы в лесу! Я оглядываюсь по сторонам, снег валит, видно только полосу леса, торчащую как пень платформу и железнодорожные пути. Вокруг даже домов нет! — Ты зачем здесь поезд остановил? Это что за ловушка?! — Где смог, там и остановил! Садись в машину, живо! Пока не замерзла и не заболела! — Да какая тебе разница, заболею я или нет? — Значит, есть разница! – распахивает переднюю пассажирскую дверь, – быстро внутрь! — Ты мне больше не начальник! Я уволилась! — Не видел твоего заявления! — Глаза протри! — Р-р-р-р, марш внутрь! – заставляет аж подпрыгнуть криком, сам заталкивает на сидение, усаживает, наклоняется в салон и застегивает ремень поверх моих рук с такой силой, что замок трещит. |