Книга Любовь 50+, страница 28 – Анна Корнова

В больнице всё шло привычным порядком. Сотрудники возвращению Любови Александровны обрадовались, как показалось ей, вполне искренне. В кабинете цветы были политы, подоконники протёрты, но стоял стойкий запах табака, видимо, временно исполняющая обязанности завотделением Елена Георгиевна Баринова использовала кабинет как курилку.

— Любовь Александровна, доброе утро! Вы уже вернулись? Как отдохнули не спрашиваю. Вижу: посвежели, загорели, – в кабинет зашла Елена Георгиевна.

— Доброе утро! Я ещё два дня отдыхаю. Проезжала мимо, вот и заглянула узнать, как дела, – слукавила Люба: не признаваться же, что находиться дома нет сил.

— Да какие у нас дела – всё, как всегда. Борисов вчера собирал, обещал проверку на следующей неделе, будут смотреть качество ведения медицинской документации. И ещё, тут без Вас, – Баринова запнулась, – скандал был. Вернее, он ещё продолжается.

— Кто-то из больных жалобу написал? Кому? Борисову? В Департамент? Кто лечащий врач?

— Нет, не больные, здоровые сцепились. На Махотину стали медсёстры жаловаться, что грубит им, пренебрежительно относится. Ирина Велехова, вообще, собралась увольняться. Да и врачи на Махотину жалуются, при больных делает замечания коллегам, причём, в хамской форме. Вы бы смогли этот конфликт уладить, У Вас получается такие вопросы решать, а у меня не вышло. Я с ней попыталась поговорить, чтобы она перед Велеховой извинилась, объясняла, что на таких медсёстрах вся наша медицина держится. Но куда там, – Елена Георгиевна сокрушённо махнула рукой.

Любовь Александровна нахмурилась: Махотина ведь не дура, а настроила против себя уже весь коллектив – вот ведь конфликтный характер. Но выправлять ситуацию надо: противостояние между сотрудниками ни к чему хорошему не приведёт.

— Спасибо, Елена Георгиевна, что в отделении порядок. С Ириной я поговорю. Она когда дежурит?

— Сегодня. А с Махотиной поговорите? Её надо на место ставить, если родители не научили людей уважать.

Медсестра Ирина радостно заулыбалась, увидев Любовь Александровну:

— Я Вас во сне вчера видела, как будто Вы пришли на работу, а волосы у Вас выросли, по плечам лежат, длинные, густые. Это очень хорошо, когда во сне у кого-то длинные волосы. Значит, удача к Вам идёт.

— Ириша, какая удача может быть, если, говорят, ты уходить от нас хочешь!

— Да, хочу. В поликлинику рядом с домом пойду. Ни ночных дежурств, ни недосыпа, а тут бегаешь, как савраска, по отделению, а тебе ещё хамят. Малозёмова на больничный ушла, а я вообще ухожу.

Любовь Александровна с досадой подумала, что стоило на две недели уехать, так и Малозёмова, старшая медсестра, отличавшаяся завидным здоровьем, заболела, и Махотина со всеми переругалась. Любовь Александровна всегда старалась, чтобы отношения в коллективе были дружескими, ведь, как любил повторять главврач, «ухудшение морального климата сразу же отразится на работе».

— Ира, думаешь в поликлинике хамства нет?

— Такого нет, – Ирина нахмурилась.

— Какого именно?

— Любовь Александровна, я не хочу жаловаться. Эта наша молодая специалистка к главврачу бегает каждую минуту, на всех ему стучит, а здесь через губу разговаривает. Далеко пойдёт, Вы с ней поосторожнее.

— Ты про Махотину?

Ирина кивнула:

— Заявление я написала, две недели отработаю и уйду. Я в поликлинике уже договорилась.