Книга Сильная и независимая, страница 32 – Юлия Резник

— При чем здесь одно к другому?!

— При том, что из-за твоих отношений страдают наши дети!

— Юль, в тебе сейчас говорит ревность…

— Во мне говорит здравый смысл! Если ты взял за них ответственность, будь добр — неси ее. Серый съехал по математике — ты даже не в курсе. Эдик, блядь, очнись! Это просто баба, а они — твои сыновья. — В груди противно вибрирует и дрожит от захлестывающих меня эмоций. — Я напомню, что у ребят начинается пубертат. И это делает их очень ранимыми, очнись же! Думаешь, они не понимают, что тебе на них насрать?!

— Хуйни не неси! Это мои пацаны… — рявкает Моисеев.

— Так включайся, блин, раз твои! Или, если тебе некогда, скажи им об этом прямо! Я с радостью о них позабочусь.

— Что я должен сказать — «Лучше бы вам пожить с матерью»?

— А хоть бы и так, да!

— Они подумают, что я хочу от них избавиться.

— И будут недалеки от истины! Хоть себе уже в этом признайся.

— Это твои домыслы, Юля.

Сделав глубокий вдох, прикрываю глаза и считаю до десяти, давая себе время успокоиться.

— Домыслы? Понятно. А скажи-ка мне, дорогой, ты сейчас где находишься? Нет, стоп. Дай я угадаю! С этой… А твои дети дома одни. Заказывают, мать твою, пиццу, которую им нельзя.

— Я не пойму, что ты предлагаешь! Поставить крест на собственной жизни?!

— Нет. Этого я тебе не предлагаю! Но к своей шалаве ты таскаешься каждый день, на это время находится. А вот забрать детей, отвезти их на тренировку — так ты у нас очень занят. Знаешь что? Я больше не собираюсь тащить это на себе. Или включайся в их воспитание, или сознайся, что тебе это не по силам — и возвращай детей матери!

— Я их не забирал! — орет в ответ Моисеев.

— Еще бы. Ты думал скинуть их на меня и трахаться беспрепятственно. Сюрприз-сюрприз, блин.

Отшвыриваю от себя телефон. Что за день такой? Все вкривь и вкось. Вот мудак же! Злая как собака возвращаюсь домой. Принимаю быстрый душ и наношу макияж, соответствующий моему настроению — черный хищный смоки, яркие губы, довершает образ эффект мокрых волос, маленькое черное платье и косуха от Miu Miu.

Хороша? Хороша, мать его! И никакой Эдик не пошатнет моей уверенности в собственной привлекательности. А дети… Рано или поздно они вернутся. Я просто подожду.

— Ну, ни хера себе! Только посмотрите на нее, — ахает Стася, когда мы встречаемся на стоянке у клуба.

— Кто бы говорил! — возвращаю девочке комплимент. — Сама красилась?

— Да. Правда хорошо получилось? — вертит головой Стаська.

— Не скажу, что ученик превзошел мастера, но вполне ничего, да! Ты, кстати, совсем на отца не похожа.

— Да, я больше в мать.

— Наверное, он сильно ее любил, — бормочу, цокая каблуками вверх по ступенькам. Все хорошо, но настораживает обилие молодежи вокруг. Интересно, куда я попала?

— Почему ты так думаешь?

— Ну-у-у, он так больше и не женился.

— А зачем сужать выбор? Я тебя умоляю.

У гардероба встречаемся с Леркой. Алла приезжает последней. К тому моменту мы уже понимаем, что попали в довольно специфическое место. Нет, тут все на уровне. Очень даже. Но контингент… Одна молодежь. Что, впрочем, неудивительно. Выбирая место встречи, Стаська ориентировалась на свою возрастную группу и как-то не учла, что некоторые наши подруги годятся ей в мамки.

— Ну, рассказывайте! Говорят, вас можно поздравить? — берет быка за рога Рындина.