Книга Беспринципная, страница 77 – Юлия Резник

— Как хочешь. Ты же у нас хозяин, — сиплю и сама к его губам тянусь, а он и рад! Целует голодно. Жадно. Одной рукой сжимая меня, а второй продолжая удерживать наверняка нелегкое дерево. Вырываюсь со смехом.

— Сначала елку поставь! А то знаю я тебя…

Арман Вахтангович кивает.

— Ты куда-то собиралась? — указывает жестом на мой явно не домашний наряд.

— Хотела прогуляться. Видишь, выполняю твои рекомендации.

— Прогулки рекомендуют врачи. Как ты себя чувствуешь?

— Отлично, — пожимаю плечами. Арман Вахтангович настолько ко мне внимателен, что мне нет никакой нужды манипулировать своей немощью. Мне, напротив, не хочется лишний раз его напрягать. В те редкие дни, когда он приходит, я стараюсь окружить его ответной заботой и лаской.

— Смотри там, осторожно. На улице гололед.

— Ты ненадолго? — уточняю, помогая ему придержать елку, с которой он как раз взялся обрубать ненужные ветки снизу. Гаспарян вскидывает голову. Он сидит на корточках, я стою…

— На пару часов думал задержаться. На Новый год ведь приехать не выйдет. Ты, я смотрю, опять корпишь над учебниками?

— Ага. Не хочу подвести своего будущего работодателя, знаешь ли, — не могу удержаться от шпильки.

— Вот и правильно. Вам сейчас сам бог велел сосредоточиться на учебе.

— Нам?

— Ну, это я вас с Седкой обобщаю…

Арман Вахтангович вновь берется за топорик, рубя резко, будто срывая на елке злость. Кажется, я догадываюсь, что беспокоит этого невозможного мужчину. Осторожно зарываюсь пальцами в его густые, немного отсыревшие волосы, делая легкий массаж.

— А что Седка?

— А то ты не знаешь, — бурчит Гаспарян. — Не о том она думает!

— Ты про мальчика ее, что ли? — закусываю губу, чтобы не улыбнуться.

— Мальчика, — передразнивает меня он. — Там такой лось, Зой!

— А ты откуда знаешь? Она вас уже познакомила?

Арман отбрасывает топорик и берется за подставку, суетясь в абсолютно несвойственной ему манере. Приглядываюсь к нему повнимательнее. Это что? Красные уши? Да неужели?

— Арман, — с губ слетает коварный смешок. — Ты что, за ней проследил?! Как в тот раз, да, когда мы в ресторане встречались?

— В тот раз я следил за тобой, — поняв, что я его раскрыла, Гаспарян расслабляется. И уже сам ловит мой взгляд, глядя настойчиво, не мигая, из-под томно отяжелевших век. Ох, мне знаком этот взгляд! Плотнее сжимаю бедра.

— За мной? — лепечу. — А за мной тебе зачем следить было?

— Затем! Красивая ты девка, Зой. Боюсь, уведут.

— Хорошего же ты обо мне мнения, — дую губы. Арман усмехается, вставляет-таки ствол в подставку и нарочно покачивает, дабы убедиться, что дерево надежно зафиксировано. И только потом выпрямляется, обвив рукой мою талию.

— Дело не в тебе, свиристелка.

— А в ком? — допытываюсь я, закинув руки ему на шею.

— В одном старом дураке, который не может поверить, что молодая красивая девочка всерьез на него позарилась.

Черт. Это приятно.

— Ты не старый, — шепчу, пробираясь ладошками под его джемпер.

— Точно, — кивает Арман Вахтангович, помогая стянуть его сразу вместе с футболкой. — Как там наш малыш?

— Или малышка, — душню я, и себе торопливо избавляясь от одежды.

— Бля! — восхищенно тянет Гаспарян, пожирая взглядом открывшийся вид. — Тут еще темнее стало. Поспели ягодки… — касается налитых вершинок большими пальцами, настойчиво теребит, пощипывает. Я завожусь с пол-оборота. — А тут как была доской стиральной, так и осталась. Когда уже будет животик?! Не видел бы мелкого на УЗИ, так решил бы, что тест соврал, — говоря это все, он меня хаотично целует и подталкивает к кровати, благо моя спальня от кухни-гостиной отделяется лишь декоративной перегородкой.