Онлайн книга «Беспринципная»
|
Так что нет. Я не хочу… И не соглашусь никогда, как бы складно он не стелил, какие бы не приводил доводы. Это не истерика залетевшей по глупости малолетки. Это взвешенное решение женщины, вынянчившей четверых. Я очень хорошо осознаю, в какую попадаю ловушку, родив, и каких наживаю проблем. Для меня не секрет, какая это ответственность, и одновременно с тем какой мощный рычаг давления. С появлением общего ребенка Гаспарян станет не просто моим любовником, от которого я в любой момент смогу уйти. Он станет неотъемлемой частью нашей с малышом жизни. Человеком, с которым мне придется согласовывать каждый свой шаг, учитывать его мнение и постоянно сверять с ним свой жизненный компас. А кроме прочего я попаду в тотальную зависимость от его щедрости и настроения. Стоит мне родить, и всё, конец моей свободе. Нет уж. Спасибо. Но как же страшно и горько, мамочки… — Зоя! — Что? — слизываю катящиеся по губам слезы. — Пожалуйста. Дай мне слово, что ты ничего не сделаешь. — Не могу, — всхлипываю я. — Пожалуйста, хотя бы просто обдумай мои слова, не то… Арман Вахтангович осекается, а я, напротив, вскидываюсь, бегая настороженным взглядом по его застывшему, будто маска, лицу. Не то что?! Он мне угрожает, да? Не то выставит меня из квартиры… Не то не заплатит за следующий семестр… Зависимость, говоришь, Зой? А ты разве уже в ней не по уши? От страха и полного неприятия такого насилия над собой к горлу подкатывает тошнота. В отчаянии хватаю ртом воздух. — Не то что? — сиплю. — Да нет, ничего. Я ведь тебя понимаю на самом деле. И аргументы твои… Они, конечно же, справедливы. Просто… Да твою же мать! Как это невыносимо. Глаза эти его больные… — Просто что? — вытягиваю из него буквально каждую букву. — Я очень прошу тебя все же родить. А не захочешь воспитывать — отдашь мне. — Интересно, как ты себе это представляешь? Вот тетя Ануш с Седкой обрадуются, когда ты им припрешь нагулянного на стороне ребенка! — Ну, это будут уже исключительно мои проблемы. — Ага. Думаешь, они не перемножат дважды два? Я не хочу терять подругу! И вообще то, что ты предлагаешь — какая-то дичь! Не знаю, почему ты решил, что я способна бросить собственного ребенка. Если такое даже моей непутевой матери не приходило в голову! Меня потряхивает. Хотя непонятно, с чего вдруг меня так пробрало, что зуб на зуб не попадает. Арман Вахтангович, глядя на это дело, прижимает меня к себе и, зарывшись носом в волосы, шепчет: — Тише, тише… Ты не волнуйся так, Зой. Не надо. Это же просто один из вариантов. Альтернатива, да? Я не настаиваю. Если захочешь оставить мелкого, я буду только рад. Матерью покойной клянусь… Никто у тебя его не отнимет. — Потому что он не родится! — реву в истерике. — Зой! Ну… Подумай еще, а? Хотя бы пару дней. А дальше он делает то, что вышибает из меня напрочь дух. Поворачивает к себе спиной, крепко прижимает к груди, а низ живота почти весь накрывает своей ладонью. Машинально кладу руку сверху. Она такая маленькая на фоне его огромной лапы. Такая светлая на контрасте с его загоревшей едва не дочерна кожи. Мы такие разные… С точки зрения генетики — лучший вариант из возможных. Ведь как раз в разнообразии кроется залог процветания нашего вида. Интересно, на кого бы был больше похож наш малыш? Наверное, на него. Темные волосы, глаза — это все вроде бы доминантные признаки. А там, конечно, возможны любые сочетания и… |