Онлайн книга «Любовь и прочие "радости"»
|
— Я не олигарх. И не имею таких амбиций, — покачал головой Тихон, бесцеремонно возвращая Ольгу в свои объятия. — Но ты ведь возвращаешься в бизнес… Или я неправильно поняла? Глава 16 Стоило этому вопросу сорваться с её губ, как Тихон словно захлопнулся. Сильные руки, неспешно поглаживающие Ольгу по спине, опустились. Повисли плетьми вдоль тела. И без их тепла ей стало ужасно зябко. Как будто зима вернулась, прямо посреди румяной глядящей в окно весны. — В большой бизнес? Я? Возвращаюсь? А ты, очевидно, решила этому поспособствовать? Так знай — мне на хрен не нужна твоя благотворительность. Гдальский отступил на шаг, развернулся к распахнутому настежь окну. — Я не понимаю, о чем ты, — возразила Ольга. — Да брось, — как-то устало вздохнул Тихон. Его широкие, обтянутые шикарным пиджаком плечи поднялись и медленно опустились — он сделал глубокий вдох. — Вечером ты сказала, что сегодня никому не повезет. Несколько долгих секунд Ольга вообще не понимала, о чем он толкует. А пока та соображала, Тихон сместился к столу и небрежно, одним пальцем открыл лежащую на нём папку. Скосил взгляд, разглядывая ее резолюцию, и хмыкнул. — Будешь и дальше спорить? — Не буду, — сглотнула Ольга. — Так вот. Сегодня же ты позвонишь Юрке и скажешь, что наша заявка отклонена. Как это и планировалось. Взгляд Тихона давил. И только сейчас, пожалуй, Ольга по-настоящему осознала, с каким мужчиной свела ее жизнь. Нет, она, конечно, понимала, что Гдальский был мужиком непростым, другой бы просто не выжил в мире отечественного бизнеса. Но вот насколько тяжелым, авторитарным, бескомпромиссным, твердым и несгибаемым — дошло лишь теперь. Ее взгляд задержался на его сурово сжатых губах и соскользнул вниз. «Недоверчивый… битый… дурак» — кипело в голове, ошпаривало пониманием главного. Любит… Еще сильнее любит его такого. Концентрация любви в сердце достигло критических показателей, и она выплескивалась из него в такт сокращениям сердечной мышцы, растекаясь по венам, достигая самых крошечных капилляров, пропитывая собой каждую клетку тела. — Нет! — решительно возразила Ольга, стискивая в кулаки дрожащие руки. — Нет? — Нет! И не подумаю! — Это еще почему? — зло прищурил красивые глаза Гдальский. — Потому что твое появление все меняет! И мое решение меняет тоже! — Да неужели я так хорош? — рыкнул Тихон, и Ольга поняла, что пробиться через его броню, когда он в таком состоянии, будет очень и очень непросто. Она отвернулась. Склонила голову и сделала несколько глубоких вдохов. Только бы все не испортить. Только бы вырулить все и не наломать дров. Ведь проще всего было бы согласиться. Не хочет? Черт с ним! Пусть тогда сам решает свои проблемы. Он ведь только так, наверняка, и привык. Но… зачем тогда мужчине женщина? Не для того ли, чтобы делить с ним все? — А вот и посмотрим. Мы еще не рассматривали вашу заявку с учетом вновь открывшихся обстоятельств! — Ну, да… Как будто бы ты уже все не решила. Только знаешь, что… — Знаю! Тебе не нужна подобная благотворительность! Ты уже говорил, — рявкнула Ольга. А что? Пусть знает, что она тоже это умеет! Рявкать, если придется. Он ее достал! Ольгу бросало от одного чувства к другому, как протекшую шхуну в девятибалльный шторм. — Значит, звони Смирнову! |