Книга Осколки, страница 2 – Юлия Резник

— Какого чёрта ты мне купила билет в эконом? — донёсся до Агаты уже знакомый, кажется, вечно всем недовольный голос. Так-так, это было интересно! Она навострила уши. — Что значит — у этого перевозчика нет бизнеса?! Нахрена тогда я лечу им? Так. Ладно…

Шпионя за качком, Агата как-то упустила момент, когда тот ловко, будто между делом, вновь попытался пролезть вперёд.

— Чего это я… Скоро вообще будем на телегах ездить, — буркнул себе под нос, но она услышала. И хохотнула. Пижон резко вскинул взгляд. Агата закусила щёку. Ресницы у него тоже были длинные, короче, конечно, чем у девицы за стойкой, но всё же какие-то совсем не мужские. Чего не скажешь обо всём остальном — хищном профиле, упрямом, поросшем короткой ухоженной щетиной подбородке и циничном взгляде.

Не придумав ничего лучше, пойманная на поличном Агата нарочито почтительно поклонилась. И сделала дурашливый книксен.

— Милости прошу, барин… — взмахнула рукой, пропуская того перед собой. Уж лучше ему в спину смотреть, чем так… Так отчего-то неловко. — Извольте пройти-c. Мы — люди простые, потерпим.

— И надолго вашего терпения хватит?

— Как сказать. Иногда кажется, что бесконечное терпение — наша главная национальная идея.

— Печально.

— И не говорите.

Двусмысленный выходил разговор, но многообещающий. В сошедшем с ума мире было важно знать, что у тебя есть единомышленники. Даже среди вот таких гадов. Может, он всё-таки не спортсмен? Или из тех спортсменов, которым не успели отбить мозги? Не боксер, в общем, как можно было подумать, глядя на перекатывающиеся под рукавами поло внушительные мышцы. Может, гимнаст? Или гребец… Вообще есть такое слово? Ладно, что она про спортсменов? Им сейчас, бедным, вообще нелегко приходится.

Пока Агата размышляла, у нахала зазвонил телефон.

— Да? Да. Могу. Только быстро… Я? Я сейчас бы посмотрел в сторону GMT. Но не на покупки самого токена с расчётом на рост, он свой рабочий потенциал исчерпал и показывает признаки явного перегрева. А лучше бы сделать ставку на снижение и шорить токен, который уже учитывает позитивные новости о листинге… Да-да, просядет, по моим оценкам. Речь о краткосрочных решениях…

Только Агата подумала, что качок-то не так-то прост, как его умный монолог прервали:

— Мужчина! Телефон уберите. Вы вообще где находитесь?

Собственно, уже почти в рамке.

— Извините, — скупо заметил пижон, отбивая вызов и небрежно бросая телефон на столик между двумя лентами. Зря это он. Сейчас с техникой нужно было обращаться нежнее. Но что взять с пижона?

— А почему вы не разулись?

— Не разулся? – удивленно моргнул.

— Обувь снимайте. Я для кого по сто раз повторяю? Кладите в контейнер, надевайте бахилы. Вон, для особо одарённых, в корзине.

— Привет-привет, Родина-матушка… — выругался под нос пижон и плотней сжал челюсти. Вернулся, чтобы разуться. Наклонился. Без ремня в таком положении его джинсы сползли по узким бёдрам, демонстрируя резинку боксеров недемократичной ценовой политики. Впервые с момента их первой встречи незнакомец вызвал у Агаты искреннее сочувствие. Пройдя рамку, она зло уставилась на быдловатого служащего.

— С какой целью летите?

— С рабочей, — процедила сквозь зубы.

— С какой целью летите? — это уже подоспевшему нахалу.

— С туристической. Всю жизнь мечтал увидеть Самарканд.