Книга Что, если?, страница 71 – Юлия Резник

— Но ведь ничего не случилось! Все живы, так? Даже пилот! Хочешь, я ему заплачу? Покрою, так сказать, моральные издержки…

— В живых мы остались чудом. Заберите ее! – повышает голос.

Несколько дней потом в ушах Глухова звенят вопли той, с кем еще недавно он хотел связать свою жизнь. Повести себя достойно при задержании Елена не смогла. Хорошо хоть на полдороги вырубилась. Перед выборами Глухову не хотелось привлекать внимания к этой ситуации. Все потом… И он честно старался стереть из памяти те минуты. А они не стирались, а они утаскивали за собой, дальше, глубже. В тот день, когда от него уводили другую женщину…

Глухов знал, что этого ни за что и никогда не стоит делать, если он хочет оставаться собой. Но в день перед выборами не выдержал. И открыл записи с допросом Иманы. Зачем? На столе уже лежали распечатки с детализацией звонков по тому самому номеру, принадлежащему ее двоюродной сестре. Адрес Айны и координаты места, откуда Имана звонила, чтобы его предупредить. Он мог… просто сорваться, поехать к ней и попытаться объясниться. Но перед этим Глухов зачем-то взялся пересматривать записи ее допроса… Просмотрел их все, делая паузы каждые сколько-то там секунд. Иногда хватало нескольких вдохов, чтобы успокоиться и продолжить просмотр, иногда и часа было мало. Долгие паузы Глухов заполнял тем, что ходил туда-сюда по комнате, обхватив руками голову. А потом, когда приступ паники удавалось купировать, он опять жал на плей. И внимательно во все глаза на экран пялился. Чтобы ничего не упустить, чтоб за все ответить, когда придет черед отвечать.

— Эй! Господин губернато-о-ор… Р-р-разрешите пожать вам руку!

Глухов встряхивается. Окидывает взглядом комнату, где все это время базировался его штаб. Каждый присутствующий здесь человек из его команды внес свой вклад в его победу. Недостающие им проценты добирались буквально в последний момент из числа неопределившихся. Потому они до самого закрытия избирательных участков не знали, чем закончится эта гонка. Неудивительно, что народ ликуют.

— Давайте для начала дождемся официальных данных.

— Да ведь уже все ясно. Пятьдесят два процента у нас!

И правда, по всему выходит, что он выиграл. Но у Глухова стойкое ощущение, что он безнадежно проиграл за много дней до этого. Всухую проиграл.

— Ты уверена, что вне опасности? – в который раз интересуется Айна, напряженно оглядываясь по сторонам. – Здесь тебя будут искать первым делом.

— Не будут.

Имана просто знает это, и все. Привыкнув доверять собственным чувствам, она давно уже не пытается анализировать, откуда в ней эти самые знания берутся. Хотя конкретно в этом случае она бы многое отдала, чтобы докопаться до сути и понять, что же это все значит? Неужели Глухов ей все же поверил?

— Дались тебе эти вещи! Я бы привезла новые.

— Мне не нужны новые. Мне нужны мои. Тут и оружие, и… – пожав плечами, Имана выходит из припаркованной кое-как дедовой машины. Стараясь не втягивать голову в плечи, оглядывается. За время, что Имана отсутствовала, барак, в котором она жила, как будто еще сильней покосился. И снег сошел. Долго же она собиралась с силами, чтобы сюда вернуться!

— Тогда пойдем. Что тянуть кота за яйца? – вздыхает Айна, направляясь к подъезду. Имана выдвигается вслед за сестрой. Ей так много хочется той сказать, но каждый раз, когда она открывает рот, слова намертво застревают в глотке.