Книга Таких не бывает, страница 43 – Юлия Резник

На столике опять был накрыт перекус. Сыр, оливки, хамон, ветка винограда на сумасшедше красивом блюде. Опять Гордей Александрович расстарался. Белка к тому начинала потихонечку привыкать. Но ловя себя на этой мысли, одергивала. А вдруг у них ничего не выйдет? А вдруг ему надоест? И потому она четко для себя решила — если Фокин проявит инициативу, она ему не откажет. Наступит на горло своему страху (тоже мне — цаца!) и исполнит свой супружеский долг.

— Немножко, я же…

— Не пьешь. Я помню. Иди сюда, — раскрыл объятья Фокин. Ну, Белка и пошла, а что делать? И вино залпом выпила для смелости.

Фокин усадил жену себе под бок. Обнял… Просто обнял, блин. А чего она ждала, что он на нее набросится?! Нет, конечно. Он не такой. Но вот ведь какая удивительная штука — умом ты это понимаешь, а расслабиться до конца все равно не можешь. Одни проблемы от нее! Ну точно, Фокин, наверное, уже сто раз пожалел, что тогда ее выручил.

Белка уткнулась носом в его мощную шею. Пах Гордей Александрович хорошо. Немного печным дымком. Немного своим парфюмом, которым никогда не злоупотреблял. И Белка догадывалась, что это как-то с его работой связано. Зачем резкие запахи в реанимации? Новорожденным и без того нелегко приходится в этом мире: звуки, свет, ароматы… С непривычки это слишком большой стресс.

И знаете, если что и не давало ей умереть от вины за то, что она Гордейку бросила, когда он, считай, за жизнь боролся, так только то, что рядом с ее сыночком был Фокин. А вот если бы кто другой… Никогда, никогда бы она себя не простила. Да и вряд ли бы передумала. Хотя… Если бы ее сосватали Дауду… Бррр. Белка поежилась, ощущая, как на коже выступают колкие мурашки.

Нет-нет, уж лучше Фокин. То есть не так, конечно! Она же не из двух зол выбирала, нет. С Гордеем Александровичем ей самой хотелось. Пусть и страшно было. Он хороший. Это ведь сразу чувствуется. Он тот, с кем она бы могла быть счастливой.

Вино начало потихоньку действовать. Мысли вон уж вокруг чего крутились, а ведь ее прямо сейчас мог бы грызть страх. Ей и страшно, чего уж скрывать. Но так… терпимо. Кажется, это можно выдержать. И только одно до слез обидно — в прошлый раз все было по-другому. Ей даже хотелось… хотелось, чтобы… О-ох.

Пальцы Фокина проскользнули под ее футболку и, приласкав кожу на животе, порхнули дальше.

— Подлить вина?

— Нет.

— Тебе не жарко?

Белка отрицательно мотнула головой. Фокин опустил ее на диван, навис сверху. И вот тут ее ужас вернулся во всей красе. Сердце запрыгало в груди, больно ударяясь о ребра. Дыхание перехватило, а во рту так пересохло, что она даже не смогла попросить мужа остановиться.

Чего Белка не замечала — так это того, как внимательно Гордей Александрович на нее смотрит. Поэтому когда он скатился и отошел, лишь удивленно моргнула. А потом, когда что-то дошло, вскочила и затараторила, путаясь в словах:

— Подожди. Не уходи. Что-то не так?

— Все нормально.

— Нормально? — волновалась она, не очень-то мужу веря. — Но почему ты… Ты же хотел…

— А ты? Ты хотела?

Белка мучительно покраснела, выдавая себя с головой.

— Какая разница? Я готова! Я…

— Нет. Ты не готова, — как ей показалось, недовольно заметил Фокин. — А я тоже хорош, полез к тебе после такого.

Он отвернулся к столу. Налил вина и выпил, как компот, залпом, хотя до этого смаковал, как истинный ценитель.