Книга Не по сценарию, страница 44 – Юлия Резник

Асия надрывно смеется:

— Я полагала, что минет – это благодарность и есть. Тебе мало? Чего еще ты хочешь? Оттрахать меня, как тогда? Мне нужно занять какую-то позу?

— Нет, Ась, прости. У меня сегодня это третий заход… Многовато будет.

И да, я борщу. Но остановиться уже не в силах. Асия вздрагивает. Делает несколько судорожных вздохов. Встает, опасно раскачиваясь.

— Ты… хотя бы помылся? После нее… Помылся?!

— Не поздновато ли для таких вопросов?

Асия закрывает ладонью рот. Обводит комнату обезумевшим взглядом и убегает в ванную, где ее выворачивает.

Асия

— Какие люди! Юсупова, проходите скорее, – торопит меня преподаватель актерского мастерства.

И все? Так просто? Никаких подколов? Острых фразочек и комментариев касательно того, что теперь некому прикрывать мои опоздания и пропуски? Как будто они были… Класс. Одно неприятно – мое появление привлекает внимание всех присутствующих. Впрочем, я настолько к нему привыкла, что даже чужое болезненное любопытство не вызывает во мне хоть сколь-нибудь сильных эмоций.

— Здравствуйте. Извините за опоздание.

Соловьев коротко кивает и возвращается к работе со студентами. Я бросаю сумку-мешок под парту. Опускаюсь на неудобный стул, делая вид, что мое внимание полностью захвачено учебным процессом.

— Привет. Я уж и не думала, что ты появишься… – бормочет Аня Стрельникова – еще одна девочка с курса. – Тебя сколько не было? Пару месяцев? Мне очень жаль, что с твоим отцом все так получилось.

— Спасибо. Глупо бросать универ на последнем курсе.

— Да понятно! Но я думала, что декан… Ну знаешь, типа, пойдет тебе навстречу, и все такое.

— То есть выдаст диплом за красивые глазки?

А ведь мои сокурсники действительно так думали, ага. И я не могу их в этом винить. Я действительно не планировала возвращаться за парту. Но вчера вечером Худяков поставил меня в известность о том, что с завтрашнего дня я возвращаюсь к учебе. И я послушно выполнила его распоряжение, потому что это было единственное сообщение, которое я получила с тех пор, как за ним захлопнулась дверь в то ужасное утро, когда мы в последний раз виделись.

Чтоб он провалился!

Нервничая, натягиваю рукава толстовки на пальцы. Это какое-то безумие. Угар. Так не должно быть! Я никогда не думала, что к одному человеку можно испытывать столько диаметрально противоположных, не мэтчащихся друг с другом эмоций. Эта двойственность лишает меня последних мозгов. Раскачивает психику. Превращает в одну из тех классических неврастеничек, которых я когда-то так осуждала.

Я больше не могу притворяться, что происходящее между нами с Худяковым нормально.

Потому что это не так.

И здесь неважно, кто из нас виноват больше. Гораздо важнее понять, что с этим делать дальше. Расстаться? Наверняка это самый действенный способ. Но готов ли Влад меня отпустить? Достаточно ли он поправил свое пострадавшее эго тем, что со мной сделал? А я? Я готова к тому, что рано или поздно Владу надоест мне мстить? Получится ли у меня смириться с тем, что он будет выстраивать свою жизнь с другой, заботиться о ней, баловать так, как только Влад умеет? Проживать свою лучшую жизнь, в которой мне просто не останется места?

Иногда кажется – запросто. Иногда я его всей душой ненавижу! Но как оказалось, на поддержание огня в топке ненависти уходит слишком много душевных сил. И в какой-то момент их просто не остается. В груди расползается ревущая пустота, искушающая заполнить себя более приятными эмоциями, воспоминаниями, чувствами, которые я испытывала только с ним. И вот так ловушка захлопывается.