Книга Ты - мои крылья, страница 47 – Юлия Резник

Очевидно, ему не следовало ввязываться в отношения со Стеллой. Это было бы правильно и безопасно. Но случилось то, что случилось. Отказаться от нее на данном этапе Артур просто не мог. Она стала для него глотком свежего воздуха. Рядом с ней он вспомнил, что счастье есть. И теперь, невольно ее обидев, Копестиренский места себе не находил. Жизнь — несправедливая штука. В ней хорошим людям больней всего жить… А он еще и солью раны присыпал. И, наверное, поэтому его чувство вины было таким ярким и мучительным.

Он оделся буквально за пару секунд. Джинсы, толстый вязаный свитер под горло. Хулиганская кожанка, ну, а что? Ведь весна! Сунул ноги в тонкие замшевые ботинки. Загремел ключами. Из комнаты вышла Каркуша.

— Все-таки поедешь? — улыбнулась она.

— Угу… — Артур деловито постучал по карманам и, выставив вперед указательный палец, скомандовал, — не забудь о пожизненном!

— Так точно. Никакого, тебе, гуманизма…

— Отправляйся спать, «гуманизм»! Я через час позвоню на домашний. Не дай бог, тебя не будет дома.

— Эй! А вот это было обидно! Я же пообещала!

Артур обернулся напоследок и, скривив губы в улыбке, пробормотал:

— Ладно. Посмотрим, чего стоит твое слово. Пока!

Тяжелая входная дверь открылась, выпуская мужчину в пропитанную сыростью черноту. В лицо ударил порыв совсем не по-весеннему холодного ветра. Спрятав лицо в высоком вороте куртки, Артур пробрался к машине и быстро ее обмел. Ехал долго. Несмотря на позднее время, поток машин не схлынул, еще и снегоуборочная техника выехала на дорогу, из-за чего в некоторых местах образовались длинные пробки. Добрался ближе к одиннадцати. Позвонил.

— Артур?

В голосе Стеллы звучало неприкрытое удивление. А еще… облегчение. Да, наверное, так.

— Впустишь?

— Да, конечно, проходи… Я работала.

Артур стянул ботинки, повесил куртку в шкаф под ее растерянным взглядом и, кивнув в сторону гостиной, спросил:

— Туда?

— Да… Проходи, пожалуйста. Кофе хочешь? Или… выпить? У тебя ведь выходной завтра?

— Нет, пить не хочу… Давай чай.

Стелла кивнула, сгребла со стола какие-то бумаги, сунула их в портфель и шмыгнула в кухню.

— Я тебя отвлек от работы?

— А? Да, нет. Я бы все равно уже скоро свернулась. Спать пора… Я стараюсь спать не меньше восьми часов. Это полезно для организма… — тараторила женщина, гремя посудой. А он просто на нее смотрел. Смотрел и удивлялся ее изменчивости. Каждый раз Стелла представала пред ним в каком-то новом образе. И вот сейчас — опять. Без привычного макияжа, с заправленными за уши прямыми льняными волосами и в строгих очках… она была такой красивой!

Всю свою жизнь Артур ориентировался на слова. Его мало интересовало, как человек выглядит, во что он одет — все это для него не имело абсолютно никакого значения. А вот слова, фразы, интонации — были ему понятны. А со Стеллой он вдруг понял, что слова совершенно не обязательны. Что о ней ему гораздо больше расскажут совсем другие вещи. То безумное пальто… Туфли на высоких шпильках, опоясывающие тонкие щиколотки ремешками. Ее аромат. Дорогой, эксклюзивный… И в то же время какой-то домашний.

— Я тут ватрушки испекла. Будешь? Вкусные… с творогом и изюмом.

Вот… Она пахла ватрушками! От нее исходило… тепло, к которому ему каждый раз хотелось возвращаться.

— Разве что только на завтрак. Если не выгонишь.