Книга Самоотвод, страница 32 – Юлия Резник

— Смотри, Ася, помнишь большого кота на заборе?

— Рызыва сто ли?

— Рыжего, да. Смотри… вот его детки.

Глаза девочки широко распахнулись. Она с восторгом протянула ручку к котятам. Вера придержала цепкую ручонку и пояснила:

— Не нужно их брать. Они еще очень маленькие. Можно легонько погладить по шерстке. Вот так… – Женщина аккуратно погладила одного из котят указательным пальцем. Асенька понятливо кивнула, затаив дыхание, повторила жест Веры.

— Пусыстый! – счастливо улыбнулась девочка.

Егор тихонько наблюдал за происходящим. Вера каким-то образом обостряла его боль. Рядом с ней, в ее семье, он невыносимо остро чувствовал свое одиночество. Заново переживал уход Лены. И в который раз спрашивал Небо, почему именно ему выпала такая незавидная участь. Он жил по совести. Старался сделать мир лучше. Да, как и все, не без греха. Немного резкий, жесткий даже, упертый, как баран, и неуступчивый. Но разве за такое наказывают так сильно? А дети… Чем дети провинились? Почему у них отняли мать?

Егор поморщился. Качнулся с носков на пятки. Потер бровь. Вера вскинула лицо. Увидела его. Улыбнулась открыто. Черт… Красивая она. Даже в этом неказистом «домашнем» наряде. Длинные волосы собраны в пучок на макушке, на лице здоровый румянец, и никакой косметики, а все равно красивая. Слишком худенькая, на его взгляд, но даже это ее не портило. Прибавляло шарма. Почему-то Егор подумал, что Вера похожа на настоящую француженку. Глупое предположение, ведь он никогда не бывал во Франции.

— Хочешь погладить? – улыбнулась она.

Егор не сразу понял, что она предлагает погладить котенка, а не себя. Хмыкнул. Видимо, долгое отсутствие женщины, сказывается на его умственных способностях. Присел рядом. Посмотрел на копошащихся на подстилке котят. Их было четверо. Двое рыжих, один полосатый, и еще один черный с белыми пятнами.

— Папа, а мы возьмем котеночка себе?

Егор вскинул испуганный взгляд. Поймал смеющийся взор Веры.

— Смешно, да?! – хмыкнул он.

— Чего уж… Будет у вас зоопарк.

— Ну, уж, нет. Нам и Страшилы достаточно. Никак не выберемся купить ему все необходимое. И детям… столько всего надо на весну.

— Это приятные хлопоты. Я обожала выбирать вещички Димке. Хочешь, и вам помогу с выбором? Ты ничего не смыслишь в девчачьей моде, – поддела Вера, улыбаясь. Егор застыл. Он понимал, что женщина не хотела его обидеть. Просто невольно наступила на больную мозоль… А по поводу помощи – это будет совсем неправильно. И лишне. Вера это понимает по его взгляду.

— Прости, Егор. Я не хотела навязываться. Я все понимаю, правда…

— Я – прокурор. Это будет неправильно. Вообще как-то у нас все через жо… Эээ…

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, – кивает Вера и встает с коленей. Нелепо взмахивает рукой в гипсе и падает на пятую точку. Смеется. Она вообще очень много смеется. Несмотря на всю боль, которая в ней жила. Ася хохочет в сторонке, котята пищат. Он протягивает руку, помогая ей встать. Егор тянет женщину несколько резче, чем того требовала ее крошечная масса. Вера стремительно поднимается и падает ему на грудь. Замирают оба. Сглатывают одновременно. Он каждой клеткой чувствуют ее острые груди, невольно прижавшиеся к его груди. В штанах тут же становится тесно. Хорошо, что это спортивки. Впрочем, она не может не заметить такого стояка. Потому что и там они прижимаются друг к другу. Отстраняться совершенно не хочется. Вера невольно приоткрывает губы, как будто приглашает к поцелую. Егор понимает, что это абсолютно неосознанно. Его никто не пытается соблазнить. Это просто непроизвольная реакция тела на мужчину. Биология. Или химия… Егор задерживает дыхание, тянется к ней, как привязанный.