Книга Грешник, страница 65 – Юлия Резник

А потом это несчастье... и он. Тот, кто, подобно лакмусовой бумажке, проявил истину. Обнажил суть. Тот, в ком она увидела своего. Единственно верного. Достаточно сильного. Несгибаемого. Того, кто никогда бы не пошел на поводу у чужого мнения. Того, кто скорее бы глотку перегрыз обидчикам, чем под кого-то прогнулся. Защитник. Воин. Стена. Безусловный мужчина.

-Ты почему не спишь?

— Не спится...

Они позволили себе объятья. Ничего больше. Просто вот так... лежать рядом. Один только раз. Понимая, что за этим не последует ничего, кроме расставания. И может быть поэтому так драгоценны были эти минуты. Глеб поднял руку, погладил ее длинные волосы. И Наташа ощутила, как перекатываются его огромные мышцы под ее щекой.

Желание.

Острое, греховное, пряное...

Не дающее спать вот уже которую ночь.

Томление, природу которого Наташа тоже поняла не сразу. Её тело откликалось на Глеба. Она хотела его. Мечтала о нем. Фантазировала... Если бы он знал, что происходило в её голове, какие желания пробуждались... как бы он поступил? Почему-то Наташа была уверена, что не растерялся бы.

Улыбнулась широко. С наслаждением втянула его аромат. Что-то темное, страстное, жаркое. Мужское... Чуть сдвинула ногу и зажмурилась резко! Потому, что он был каменно тверд.

— Испугалась?

— Нет... - шепнула, обжигая дыханием обтянутую трикотажем грудь.

Нет... не испугалась. Она горела... И жадные языки пламени лизали каждый миллиметр тела. Дыхание сбилось. Наташа понимала, что это неправильно... для кого-то неправильно, да. Но не могла отказать себе в этой малости. Ему отказать... Хотя бы так! Хотя бы просто представить, как это могло бы быть. Оставить себе хоть что-то. Урвать у судьбы маленький кусочек счастья.

Дышать им. Его касаться...

А потом... потом, да. Она поступит правильно. Отдаст всю себя, если надо, чтобы спасти Кирилла. Не бросит его и не уйдет. Потому что это неправильно. Каким бы он ни был - он был с ней. Вытаскивал после смерти матери. По-своему заботился. В конце концов, он ее муж. Пусть и не перед богом, но она давала клятву. И она любила... сильно его любила. Но совсем не так, как полагалось жене.

— Кирилл не плохой... - прошептала она. Пальцы, поглаживающие волосы, на секунду замерли и снова возобновили движение.

— Я его совсем не знал.

— Я это поняла. Это... не от вас зависело? Правда?

— Хочешь узнать, сбежал ли я от ответственности?

— Нет. Знаю, что не сбежали бы. Просто... Не знаю, зачем спросила.

Замкнулась! Захлопнулась... В мгновение. Наверное, глупо, но такая уж она. Любое слово может поколебать уверенность. Но Глеб будто не заметил этого. Коснулся губами волос, прижал к себе чуть сильнее, прежде чем ответить:

— Ты права. Это зависело не от меня. Мне нельзя было обзаводиться семьей. Близкими. Ларка... Она на свой нос все сделала. Ну, и забеременела. А я не мог принимать участие в жизни ребенка. Даже, если бы хотел.

— Почему? - пальчики Наташи очертили его бицепс, прошлись по контуру татуировки.

— Я служил в одном секретном подразделении. Оно было настолько засекреченным, что... Не знаю, как тебе объяснить. Таких групп три на всю страну было. А нас, по отдельности, как будто не было, понимаешь?

— Чем вы занимались?

— Всем понемножку. Разведкой, проведением диверсионных мероприятий, штурмовых и поисково-спасательных операций, например, освобождением заложников. Если какой-то серьезный военный замес, мы прикрывали основные силы армии. Отвечали за наведение артиллерийского огня, обеспечивали связь в районах боевых действий. Да много всего...