Книга Грешник, страница 35 – Юлия Резник

— Я к тому, что... - Громов откашлялся, отвел взгляд куда-то в сторону, - ты, конечно, занимайся, чем хочется. Но без надрыва, ладно? Чувствуешь, что устала - забей.

— Хорошо, - губы разъехались еще чуть шире.

— Правда?

— Угу. Я только на репетиции и, может быть, озвучу рекламу. Мне предлагали мультик...

— Озвучить мультик?

— Да. Я очень хотела. Но боюсь подвести людей. Это долгий проект, а я не уверена... Ну, вы понимаете.

— Не знал, что ты такой востребованный специалист, - честно признался Громов. В отношении ее работы он как-то не рыл...

— Ой, это все голос... В детстве с меня смеялись. Дразнили китом... - совсем по-детски хихикнула Наташа.

— Китом? Ты была пухленькой?

— О нет! - замахала руками Наташа, - Не в этом смысле... Слышали когда-нибудь, какие они издают звуки? Утробные такие... Вот я так же гудела, когда злилась. Голос-то у меня, слышите, какой?

— Очень красивый голос.

— Правда?

— Да. Я сразу в него... В общем понравился он мне. Да.

— Может быть, вы когда-нибудь послушаете, как я пою. Ну, в храме... Если захотите, конечно...

В храме он не был, наверное, с крещения. Собственного, не того, что народ праздновал в январе, сигая в прорубь. С богом у него были свои отношения. Сложные... Но чтобы ее послушать, он мог пойти и в церковь.

— Конечно. Обязательно.

— На Пасху тяжелая служба. Вечерня длится всю ночь. А там сразу заутренняя...

Так они и жили. Утром Наташа обязательно ехала к Кириллу, проводила у него пару часов, а потом возвращалась либо домой, либо на репетицию. К началу мая у них установился какой-никакой распорядок. Днем каждый занимается своими делами, а вечером... Вечером они были всегда вдвоем, всегда вместе.

В один из таких вечеров в дверь позвонили. Громов нахмурился. Бросил взгляд на часы.

— Мы кого-нибудь ждем? - широко распахнула глаза Наташа.

— Нет. Даже странно... - покачал головой Громов, стараясь игнорировать, как у него сжималось все внутри, от этого «мы», ставшего уже таким привычным.

Глеб подошел к домофону и чертыхнулся, глядя на Карину, за спиной которой маячила парочка его ребят. Только ее здесь и не хватало. Громов помедлил. Хотя, какой в этом был смысл? Ну, не выгонять же эту малолетнюю дурочку? Повернул замки. Распахнул дверь.

— Ну, наконец-то, что ты так долго?! - пробормотала девушка, просачиваясь между дверью и Глебом. А спустя мгновение замерла. Глаза сузились. Подбородок высокомерно взмыл вверх. Она переступила с ноги на ногу и в приказном тоне скомандовала: - Так, ты пока эту выпроводи, я в кухне подожду. Разговор есть серьезный.

Наташа дернулась. Моргнула и уже сделала было шаг назад, но Глеб перехватил ее руку.

— Для начала разуйся! - рявкнул он гостье. Отчего обе девушки вздрогнули, - Наташа весь день убирала. -А, так это твоя горничная? Ну, ладно-ладно, разуюсь. Чего ты сразу орешь?

— Не мели чушь. Наташа здесь живет. Говори, что хотела, или выметайся...

— Вот как? - снова сощурилась Карина, - А я думала, тебе нужна информация по Джамиреву.

Наташа вздрогнула. Обхватила себя руками. Однажды она пришла к Громову и попросила все ей рассказать. Не сразу. На это ей потребовалось некоторое время и десятки схем, которые она чертила в блокноте, подаренном ей для этих целей Глебом. Он и рассказал... Как есть рассказал, без утайки. Понимая, что полуправду она не простит. И про проигрыш в рулетку, из-за которого все началось, и про наркоту, и про девку... Ну, и про роль Джамиревых в этом всем. Рассказал и тут же об этом пожалел. Потому что правда далась Наташе сложно. Она опять замкнулась в себе. И не пробиться было к ней, не достучаться. Не вытащить из тех дебрей ужаса, в которых она бродила совсем одна. Потерянная и сбитая с толку.