Книга Притворщик, страница 37 – Юлия Резник

Защелка на его двери открыта. Не знаю зачем. Точней, знаю, и от этого мне и тошно, и страшно, и неспокойно… И если говорить о смерти отца откровенно, я, наверное, жалею, что он не умер раньше. До того, как мы узнали о нашем родстве, ведь только в этом случае у нас с Матиасом был бы шанс. А теперь его нет.

Вот такая я эгоистичная сука, да. И лучше бы моему братишке никогда не узнать об этом. Потому что тогда у его ненависти ко мне появится хоть какое-то основание.

Боже мой. Он ведь правда меня ненавидит. Меня больше не обманывает его показная доброжелательность. Мне все про него понятно. Но почему-то это тоже ничего не меняет. Видно, мое уродство не только и не столько внешнее.

Веду рукой по шее. Трогаю искалеченную губу и соскальзываю вниз по груди.

Ненависть не мешала ему хотеть меня тоже…

И мои изъяны.

Касаюсь живота. Чуть выше лунки пупа. Ровно там, где он еще недавно в меня вжимался. Одёргиваю ладонь, разворачиваюсь и решительно толкаю на себя дверь душевой кабины. Выкрутив вентиль холодной воды на максимум, становлюсь под ледяной дождь.

О Сашке вспоминаю, лишь когда возвращаюсь в комнату. Звоню ему. Рассказываю что да как, и наспех прощаюсь. Не сразу нахожу, где выключается свет. Ложусь. Простыни аж хрустят – такие чистые. Матрас упругий, и подушка анатомическая – объективно мне не к чему придраться. Но я один черт ощущаю себя Принцессой на горошине. Кручусь-верчусь до самого утра, не находя себе места.

И снова меня будит звонок телефона. Сашка… Ну, конечно. Он же улетает! Пообещав непременно успеть его проводить и тысячу раз извинившись за скомканное окончание вчерашнего вечера, несусь в ванную. Отбросив церемонии, шарю в ящиках в надежде, что мне удастся отыскать зубную щетку.

— Справа, – подсказывает Матиас. Я резко оборачиваюсь, чувствуя, как подскакивает давление. В отличие от меня, брат выглядит свежим и бодрым. Он уже привел себя в порядок и переоделся в поло и классические джинсы. И даже сварил себе кофе.

— Спасибо, – отворачиваюсь к умывальнику. – Как отец?

— Хочет тебя видеть.

Черт. У меня совсем нет времени! С другой стороны, разве я приехала не для того, чтобы побыть с ним? Как все же некстати Сашкин приезд.

— Я зайду к нему перед отъездом.

Щетка находится. Я раскрываю упаковку, выдавливаю пасту и оборачиваюсь, не понимая, почему Матиас не оставит меня одну. Ну не буду же я чистить зубы, когда на меня смотрят! Это как-то неловко. И слишком интимно, да.

— А куда ты собралась ехать?

— Я говорила, что мне нужно проводить в аэропорт своего парня.

— Окей, – ведет тот плечом и делает глоток из чашки. – Я тебя отвезу.

— Это совершенно необязательно!

— Кстати, у тебя есть права? – будто меня не слышит.

— Да, – моргаю. – Я получила. А что?

Матиас насмешливо дергает бровью. Дескать, ты правда не понимаешь? И я опять с сожалением ощущаю, как краснею. Бред какой-то! Почему мне должно быть стыдно за то, к чему я не имею ровным счетом никакого отношения? Я ни у кого ничего не просила!

— Еще раз. Мне ничего. Ни от тебя… Ни от отца не надо. А теперь выйди, пожалуйста. У меня нет времени.

Ловлю себя на том, что поджимаю губы, отчего шрам проступает еще отчетливее. Рубец натягивается. Кончик носа дергается. Обычно я стараюсь себя контролировать, потому что выглядит это еще более уродски, чем всегда. Но тут мое самообладание дает сбой. Со стороны я, должно быть, выгляжу как крыса, которая к чему-то принюхивается, шевеля усами. Ужас! Сую щетку в рот и начинаю яростно чистить зубы. За спиной тихо хлопает дверь. К черту все!