Книга Эндшпиль, страница 11 – Юлия Резник

Потом, уже встретив Тёму, я надеялась, что найду себя в отношениях с ним. Записалась на английский. Даже стала делать успехи. Пошла на кулинарные курсы, но быстро поняла, что готовка для себя — мой максимум. Прочитала тысячу книг — и, кстати, не всё любовные романы. Серьезную литературу я тоже изучала, надеясь стать Артему достойной женой. Научилась разбираться в экспрессионистах… А потом он меня турнул, Ива взяла меня на работу администратором в клуб, и я загорелась идеей стать фитнес-тренером… Но для этого ведь тоже нужно было учиться. А на какие шиши? Круг замкнулся.

— Вопрос — кто над кем издевается…

— Ну, знаешь ли, желание женить свое чадо — не такой уж и редкий недостаток. Кстати, тебе сколько лет?

— Тридцать.

— Самое время.

— Да не хотят они меня женить, Марина. Командовать моей жизнью — вот чего им на самом деле хочется. А я всеми силами пытаюсь от этого как-то отстраниться.

— Так ты сыночка-корзиночка, получается? — бью Рамиля в бок локотком. А че? Пусть привыкает к плебейским замашкам невесты. Он отвечает мне невообразимо тоскливым взглядом. Морщится и растирает пальцами переносицу:

— Скажем так, я делаю все, чтобы никто не мог меня им назвать.

О-о-о, да тут налицо огромные комплексы. Интересно, чем там ему так маман насолила? Свозила на отдых в Турцию, а не на Лазурный берег?

Мерседес плавно сворачивает во двор нашей панельки. Я не успела привыкнуть к открывающемуся пейзажу, но он настолько однотипный возле таких домов, что, один черт, кажется до боли родным.

Рамиль глушит двигатель. Я берусь за ручку двери.

— Ладно… Спасибо, что подвез, — бормочу неловко. — И за ужин тоже.

— Угу, — кивает Шакиров. — Давай только побыстрее.

Медленно поворачиваю голову.

— Побыстрее что?

— Собирайся.

Несколько секунд я просто удивленно на него пялюсь. Знакомые вроде слова. По отдельности у меня с ними вообще никаких проблем. Но вот вместе они складываются в какую-то совершенно непонятную мне конструкцию.

— Куда собираться?

Рамиль раздражается, будто я в самом деле туплю на ровном месте. Но ведь и правда, ни черта не понятно!

— Ко мне.

— Ага. Очень смешно, — закатываю глаза и вновь хватаюсь за ручку.

— Я не шучу. Ты же согласилась.

— На что?!

— На отношения.

У меня начинает дергаться глаз. Нет, реально?!

— Рамиль… — начинаю очень медленно, как говорила бы с психбольным. — Я согласилась лишь сыграть твою девушку перед родными. Мое согласие не предполагало переезда в твой дом.

Нет, мне что, реально это нужно объяснять?

— Как это — не предполагало? А как, по-твоему, мы встречаемся? За ручку по кинотеатрам жмемся? Мне тридцать лет.

— Нет, Рамиль. Это совершенно исключено.

— Почему?

— Я знаю тебя без году неделя.

— У меня свой дом в пятнадцати минутах езды от города. Триста квадратов. Ты меня даже видеть не будешь. Я люблю одиночество.

— Тогда тем более, твоя мать не поверит, что мы живем вместе! Зачем мне переезжать?

— Чтобы ко мне не переехала она! — рявкает Рамиль, достает пачку сигарет из бардачка и выходит из машины, прикуривая.

Ну, ничего себе!

Выпрыгиваю за ним следом. Он стоит под фонарем и яростно затягивается. Меня окутывает приятным ароматом табака со вкусом коньяка и вишни. Насупленный как туча Шакиров бросает на меня странный взгляд. Я прикусываю щеку: