Книга Врач. Измена. Точка! Это конец!, страница 7 – Анастасия Леманн

Софка рассталась с друзьями, скучала по ним. Мы сделали всё это ради него, и он сейчас такое говорит?

— Зачем мы тогда приехали? Для чего?

Аксенов краснеет, потом бледнеет, я вижу, как его правая рука сжимается в кулак.

— Я думал, всё закончится раньше!

— А я думаю, что мы семья, хотя бы ради Софы! Ей пятнадцать! Тяжёлый возраст! На данный момент я не хочу надлома в ней! Пожалуйста! Приехали — и уедем вместе! Твоё отсутствие в новогоднюю ночь я как-то ей объясню! Завтра сама схожу к директору! Доброй ночи!

Я встаю и резко выхожу из комнаты. Из нашей спальни, которая именно и является спальней, местом, где спят. Где спят чужие друг другу люди. Полностью чужие...

Послевкусие — нехорошая вещь, когда речь идёт об отрицательном в вашей жизни. На данный момент всё в моей жизни было отрицательным, не считая того, что скоро Новый год, самый чудесный праздник на земле.

Я была как Гринч, который ненавидел этот праздник не потому, что он был злодеем, а потому, что на это были свои причины, и причины крылись в детстве.

Вся наша боль, всё наше отчаяние — это отголоски детства и прошлого. Всё идёт от семьи или из детства. Как бы мы это ни отрицали, но это правда. Всё идёт с детства.

Кофе... Я очень любила его, хоть опытный кардиолог знал, что кофе — вред, но не всегда. При гипотонии чашечка в день хорошего свежесваренного кофе просто необходима.

Это была вторая чашка и бессонная ночь. Да, сегодня во вторую смену, но нужно было пойти к директору и хотя бы решить вопрос об обучении Софы здесь до января. Смешно... Почему мы правда не уедем? Можем уехать? Она приезжает?

Мысли роем вились в моей голове, и я впервые терялась.

Терялась, что со мной, что со мной будет. Я врач, я не имела права теряться, я должна была быть сильной, но сейчас всё рушилось на глазах. Как карточный домик, на глазах рушилась вся моя жизнь, будто Гулливер, огромный и высокий, дал пинка моему маленькому домику в стране лилипутов, и всё пошло наперекосяк.

— Доброе утро! Ты что, не ложилась?

Профессиональным взглядом следака Аксенов скользит по кухонному диванчику. Я беру в руки чашку с кофе и сажусь на него. Ещё рано, Софа ещё спит, вставать ей только через час и через час ехать к директору модной суперкрутой школы, о которой она так грезит.

Стас ещё что-то хочет спросить, как его телефон оживает. Он быстро берёт его в руки, на его красивом лице ходят желваки.

— Слушаю!

На лице Стаса что-то замирает. Он грубо выругивается и с яростью бьёт ребром ладони по столу. Я вздрагиваю. Похоже, сейчас действительно что-то случилось, и это что-то сильно выбило моего мужа из колеи, слишком сильно...

— Что случилось?

Аксенов дрожащими руками наливает себе кофе. Турка вот-вот норовит выскользнуть из его рук. Таким я его не видела давно, слишком давно.

Даже когда Лиза вышла вновь замуж, как он считал, за ублюдка и коммерсанта, он так не злился, а сейчас его красивое лицо было белее полотна.

— Ничего!

— Стас, мы приехали за тобой и имеем право знать правду!

— Всё нормально! — сквозь зубы произносит Аксенов, отпивая чёрный кофе.

Кофе с лимоном, как он только его пьёт — непонятно. Я со сливками и две ложки сахара, никак иначе.

— Я иду к директору! Чтобы до Нового года Софа училась не онлайн и не сидела дома!