Книга Незнакомка из кофейни, страница 98 – Николай Куценко

— Ответишь ты мне еще за это! Богом клянусь, ответишь!

— Уходите, пожалуйста…

Ирина Анатольевна развернулась и вышла из кабинета. В воздухе остался лишь запах ее дорогих духов.

Варя прикрыла лицо ладонями, пытаясь хоть немного прийти в себя и расслабиться. Ладони ее чувствовали, как горит лицо. Ей очень хотелось заплакать, но она сдержалась.

После обеда она вызвала к себе вторую операционистку. Ее тоже предстояло уволить.

В кабинет вошла полная женщина с прической, как у Вариной начальницы.

«Неужели из-за прически… Нет же других причин», – подумала Варя, разглядывая женщину.

— Заходите, Антонина Максимовна, присаживайтесь.

— Здравствуйте, Варвара Федоровна, очень приятно мне, что вы меня к себе вызвали.

От этих слов Варя слегка смутилась.

— Это почему же?

— Поздравить вас хотела! Ведь вы же это повышение своим трудом заслужили. Восемь лет работали. Ни одного опоздания не было…

— А откуда вы знаете?

— Честно?

— Конечно.

— Наблюдала за вами. Мы же чем-то похожи. Таких ведь людей, как мы, никогда не повышают. Мы – люди маленькие, рабочие лошадки, двигаем весь процесс, пока растут другие.

— Интересное наблюдение…

— Но и не увольняют, – полная женщина вся скукожилась и засмеялась в кулачок.

— Пусть так…

— А тут такое! Вас повысили! Значит, – женщина прикрыла рот ладошкой и посмотрела по сторонам.

— Говорите, вас никто не слышит.

— Значит, и меня могут повысить! Как вы думаете? Мы же с вами из одного теста. Так ведь?

Варя посмотрела на стену. По ней полз паучок. Маленький, еле заметный. Он шустро плел паутину, иногда раскачиваясь на паутинке из стороны в сторону.

Как сказать этой милой женщине про то, что ее увольняют, Варя не знала. И не хотела знать, а тем более говорить. Ей стало совсем противно от того, что происходит.

«Господи, господи, зачем мне все это! Зачем? Как мне уволить эту ни в чем не повинную женщину, которая верит мне? Для которой я являюсь единственной надеждой и опорой. Как? Зачем я только во все это влезла? Сидела бы у своей стойки…» – думала Варя и нервно вертела в руках карандаш.

Потом набралась сил, уставилась в стол и выдала скороговоркой:

— Я понимаю, что вы хотели услышать другое, и то, что я скажу, покажется вам ужасным и дико несправедливым. Но вы уволены! Да – вы уволены! Прямо сейчас!

Маленькая полная женщина не издала ни звука. Она сидела безмолвно и отрешенно смотрела в пол. Только несколько ее кудряшек вздрогнули, когда из форточки залетел ветер. А потом она заплакала. Просто заплакала, и все.

Варя не выдержала.

— Вы, пожалуйста, только не плачьте. Умоляю вас! Антонина Максимовна, ну не плачьте вы!

Варе хотелось вскочить, обнять эту ни в чем не виноватую женщину, прижать к себе и извиниться. За все! Потом выписать ей премию, объявить благодарность, повесить ее фото на Доску почета.

Плач стал тише. Женщина достала из кармана платок и вытерла слезы. На ее пухлых щеках появился слегка заметный румянец.

— Полегче вам? – осторожно спросила Варя.

Антонина Максимовна посмотрела на Варю тяжелым, утомленным взглядом, встала и медленно пошла к выходу, раскачиваясь словно парусник на ветру.

— Прощайте, Варвара Федоровна, прощайте. Пусть хоть у вас судьба сложится! – прошептала операционистка и громко высморкалась. Из кабинета она вышла, не закрыв за собой дверь.