Книга Мой (не) бывший свекор. Наследие Дракона, страница 12 – Эйприл Лав

Он не договорил, оставив фразу висеть в воздухе, густом от невысказанных слов. Но то, как он смотрел на меня в этот момент, сказало больше любых признаний.

Его слова повисли в густом, напоенном запахом трав и дыма воздухе. Я смотрела в его потемневшие глаза, чувствуя, как сердце сбивается с ритма. В этом признании не было романтической нежности — в нем была тяжелая, неотвратимая правда взрослого мужчины, который знает, чего хочет. И от этого становилось еще страшнее.

Я хотела ответить. Хотела сказать, что мне не нужна его защита, что я справлюсь сама, как справлялась все эти месяцы. Я даже сделала глубокий вдох, чтобы произнести это вслух...

Но слова так и не сорвались с губ.

Вместо этого комната внезапно накренилась. Воздух в легких будто превратился в раскаленный свинец, а низ живота скрутило резкой, тянущей болью — отголоском того безумного напряжения в конюшне и ледяного дождя.

Я судорожно выдохнула, пытаясь ухватиться за подлокотник. Фарфоровая чашка выскользнула из моих ослабевших пальцев и с жалобным звоном разлетелась вдребезги о каменную плиту у камина, расплескав горячий отвар.

— Аделина!

Эмерик оказался рядом быстрее, чем я успела осознать, что падаю. Его движения были неуловимо быстрыми, звериными. Сильные руки подхватили меня, не дав сползти с кресла. Одна его ладонь легла мне на спину, жестко фиксируя, а вторая обхватила ледяные пальцы.

— Тише, дыши, — приказал он, и его баритон, лишенный спокойствия, резанул по ушам. — Оуэн! Лекаря, живо!

— Не надо... лекаря, — прошептала я, чувствуя, как на лбу выступает холодная испарина. Я попыталась отстраниться, но его хватка была железной. — Просто... просто усталость. Отпустите.

— Прекрати упрямиться хотя бы сейчас, — рыкнул он, склоняясь надо мной. Его лицо оказалось в непозволительной близости, черты заострились от тревоги.

Желая привести меня в чувство, Эмерик сделал то, что инстинктивно делает любой сильный маг — он пустил по моим венам крошечный, согревающий импульс своей магии, чтобы стабилизировать мое состояние.

И это стало моей роковой ошибкой.

Его магия, горячая и мощная, скользнула в мое тело — и тут же столкнулась с другой магией. С крошечной, но уже отчетливой искрой драконьей крови, которая пульсировала внутри меня, защищаясь.

Эмерик замер, словно пораженный молнией.

Воздух в гостиной мгновенно стал тяжелым, потрескивающим от напряжения. Я видела, как расширились его зрачки, почти полностью поглотив серую радужку. Его рука, поддерживающая меня за талию, дрогнула и медленно, неумолимо скользнула вперед, на мой живот. Туда, где под плотными складками шерстяной ткани скрывалась неопровержимая правда. Его длинные пальцы легли на округлость, которую я так тщательно прятала, и замерли.

Время остановилось. Только шум бури за окном и бешеный стук моего собственного сердца.

— Что это? — его голос упал до зловещего, вибрирующего шепота, от которого задрожали стекла в окнах. В нем смешались абсолютный шок и зарождающаяся буря.

— Ничего, — я в панике вцепилась в его запястье, пытаясь оттолкнуть его руку, но с таким же успехом могла бы пытаться сдвинуть гранитную скалу. — Уберите руки, милорд!

— Ты носишь ребенка, — это был не вопрос. Констатация факта. Эмерик поднял на меня взгляд, в котором сейчас бушевал настоящий, первобытный шторм. — Ребенка с драконьей кровью.