Книга (не) желанная жена офицера Басманова, страница 85 – Анна Арно

— Вот и слушай на здоровье! Ты только погляди какую девушку упустил? — говорит она ему.

И Боря действительно смотрит. И меня бесит этот его взгляд. Знаю, что Маше на него плевать, но вот ему на нее похоже отнюдь. Так уж он с самой нашей встречи взглядом ее облизывает, что мне хочется опять ему всечь пару раз, прямо как тогда.

Конечно, Машенька моя расцвела как цветок нежный. Стала еще красивее, хотя я думал что сильнее уж некуда. И даже будто повзрослела заметно за прошедшие три месяца нашего брака.

Она на меня взгляд поднимает, как бы невзначай забирая свою руку у моей матери, и ко мне тянется, вроде волосы мне поправляет. Ловлю ее ладонь и прижимаю ее тонкие пальчики к губам.

— Точно наелась? — спрашиваю, заглядывая ей в глаза, готовый прочитать, если она лукавит.

— Точно, — улыбается ласково. — Ты же знаешь, мне последние дни не лезет много.

— Так и не полегчало? — беспокоюсь я, потому что ее тошнило в дороге, но я надеялся, что просто укачало.

— Полегчало, но есть много не хочу, — явно успокаивает меня.

— Это ж хорошо, что она Бесо досталась! — продолжает отчитывать брата мама, так, будто нас тут нет. — А если бы совсем из семьи ушла? А эта зараза твоя только денег хотела с первого же дня. Задобрить меня все пыталась пирогами покупными. Да я ж ее сразу раскусила! Все благодаря невестушке моей, моя благодетельница, Машенька. И сына моего уберегла. И учится хорошо, это в московском-то университете! И красавица какая, поглядите только. Даже поправилась немного, и так к лицу тебе. Видать и правда зря я тебя в ежовых рукавицах держала. Ты уж прости меня, детка. Но я в качестве извинений стариков твоих теперь два раза в месяц навещаю, по хозяйству им помогаю и…

— Мам, да прекрати! — бесится Боря, с недавних пор попав у родителей в немилость. — Ты еще в ножки ей кланяться начни!

— И начну, если посчитаю нужным! Она для меня сына уберегла от этих его командировок безбашенных. Чего бы мне ее не благодарить?!

— Вы уж извините, но я его не для вас уберегла. А для себя, — Маша губки салфеткой протирает, и продолжает, — и нашего ребенка.

Я киваю на автомате, готовый подтвердить любое ее слово, даже если она захочет врать — я все равно на ее стороне всегда буду.

Но в воцарившейся тишина вдруг понимаю, что что-то не так…

Первым отмирает отец, до того молча наблюдавший за всем происходящим:

— Мария, так ты привезла нам радостные новости?

— Какие новости? — поворачиваюсь к жене, чувствуя, как внутри меня уже все дрожит от осознания, что происходит, но я будто просто поверить в это не могу.

Маша откладывает салфетку, и чуть сильнее сжимает мои пальцы:

— Прости, что не рассказала сразу, — улыбается она смущенно. — Хотела чтобы твои родители тоже видели, что ты не просто после брата меня подобрал, а что ты правда счастлив со мной…

— Я счастлив, — выдыхаю искренне, — охренеть как счастлив, любимая моя. Только скажи… скажи, еще раз, что именно ты не рассказала мне сразу?

Маша вся подбирается, сильнее ко мне разворачивается, и наконец говорит:

— У нас будет малыш, — она заметно волнуется.

А у меня такой рой мыслей в голове, что я даже не знаю, что из этого сейчас лучше сказать.

Что люблю ее?

Что благодарен безмерно?

Что она делает меня самым счастливым человеком в мире?

Этого всего будто недостаточно.

Нет таких слов, чтобы передать, что сейчас такое теплое ворочается у меня в груди, вынуждая задыхаться от восторга.

— Да вы издеваетесь! — фыркает Боря и сбегает из кухни, кажется окончательно осознавая, какую ценность упустил.

Мама плачет от счастья, и бросается на шею отцу.

А я сползаю со своего стула, опускаясь перед женой на колени, прижимаю ее за талию, и целую пока еще плоский живот.

— Любимая моя. Я каждый твой день буду наполнять таким счастьем, чтобы ты ни секунды не пожалела, что выбрала меня.

— А разве у меня был выбор, — усмехается она сквозь слезы счастья, и зарывается пальчиками в мои волосы. — Ты мне просто вариантов не оставил, когда показал что такое настоящая любовь.

Она тянет к себе мою голову. В глаза мне заглядывает:

— Я люблю тебя, мой Бес.

— И я тебя, моя разбойница, — хриплю, чувствуя какой-то непривычный ком в горле.

Маша подается мне навстречу и целует меня в губы.

А я самый счастливый на свете мужик.