Книга Развод. Лишняя жена дракона, страница 35 – Рина Мадьяр, Дина Нежина

— Не надо. Пусть идут.

Он стоял посреди двора, шатаясь. Меч выпал из его руки и с глухим стуком упал на землю. Он попытался сделать шаг, но ноги подкосились, и он рухнул на колени.

Я выскочила из-за бочек, подбежала к нему.

— Вэллиан!

Он поднял на меня мутнеющий взгляд, попытался что-то сказать, но губы не слушались. Кровь заливала его камзол, стекала на землю, и её было так много, что у меня закружилась голова.

— Держитесь, — я опустилась рядом с ним на колени, попыталась поддержать, но он был слишком тяжёлым. — Держитесь, слышите? Сейчас придут лекари, вас вылечат. Вы не можете умереть.

— Не собираюсь, — прошептал он едва слышно и его глаза закрылись.

— Вэллиан! — я закричала, не стесняясь. — Помогите! Кто-нибудь!

Торн прибежал первым. Увидел лорда на земле, в луже крови, и побелел.

— Лекаря! — рявкнул он куда-то в темноту. — Быстро!

Солдаты подхватили Вэллиана, отнесли в небольшое каменное здание с толстыми стенами и узкими окнами, которое здесь было вроде лечебницы. Я бежала рядом, не отставая, хотя ноги дрожали и подворачивались.

Пожилой мужчина с седой бородой суетился у постели, разрезая окровавленный камзол, промывая рану.

— Глубоко, — бормотал он. — Очень глубоко. Если бы не магия его светлости, он бы истёк кровью ещё в бою.

— Он выживет? — спросила я, стоя в дверях.

— Не знаю, госпожа, — лекарь даже не обернулся. — Всё в руках духов.

Я подошла ближе, опустилась на стул у изголовья. Вэллиан лежал бледный, почти прозрачный. Его грудь едва вздымалась, дыхание было прерывистым, хриплым.

Я смотрела на него и думала.

Он вышвырнул меня в развалины. Подписал документы. Хотел избавиться от меня, как от надоевшей куклы. Я ненавидела его за это. Ненавидела всей душой.

Но сейчас, глядя на него я чувствовала, что если он не выживет, я себе этого никогда не прощу.

Он прикрыл меня собой. Он встал между мной и смертью. Он получил этот удар, предназначенный мне.

А ведь я была никем для него. Женой, от которой он хотел избавиться. Истеричкой, которая била посуду и рыдала. Обузой, которую сослали подальше, чтобы не портила жизнь.

И всё равно он пришёл и защитил.

Я опустила голову на край его постели, прижалась лбом к холодной простыне и закрыла глаза.

“Пожалуйста, не умирай”, — мысленно просила я. — “Пожалуйста. Я ещё не сказала тебе спасибо. И не сказала, что была не права. Что ты не такой, каким я тебя представляла”.

В голову пришла горькая мысль. Если он постоянно рискует собой, бросается в бой, не щадя жизни, а дома его ждёт только истеричная жена, которая портит всё, к чему прикасается то понятно, почему он хотел развода. Почему мечтал избавиться от меня.

Я не понимала, сколько длилась эта ночь. Она будто растянулась на целую жизнь. Душная, тяжёлая, тошнотворно-пахнующая кровью, а еще лекарскими травами и расплавленным воском догорающих свечей.

За окном чернела безлунная тьма бесконечной ночи, а внутри комнаты, превратившейся на время в лечебницу время будто застыло. Всё застыло, кроме хриплого неровного дыхания Вэллиана и редких приглушенных шагов старого лекаря, который иногда подходил к его постели, то отправлялся за новой порцией настоя, то просто мерил шагами комнату, лишь бы не уснуть.

Я сидела у постели мужа, не чувствуя ни спины, ни рук, ни ног, ни даже усталости. Словно я и сама застыла, превратилась в камень.