Книга Падший ангел. Явление Асмодея, страница 71 – Хьюго Борх

Он вернулся в зал, где устроил погром и увидел, что сам уже весь в крови. Кровь струилась с ладоней под рукава сутаны. Он оглядел себя – на нем была сутана. Неведомое ему напряжение окунуло все тело в дрожь, по лицу потек холодный пот, и в горле сдавило дыхание.

Двери, как бешеные собаки, метались на петлях. И зазвенел металл браслета, скатывавшегося по лестнице.

«Священник наверху. Но наверху я все прошел. Его там не было!»

— Не поднимать! – скомандовал он себе, и встав посреди комнаты он обратился к своему врагу: –Выходи! Чертово отродье!

Янек почувствовал, как сжалось все внутри, а лезвие в непослушных руках уже чертило кровавые знаки сквозь одежду на его теле, и нельзя было отвести руку в сторону…

…На кладбище стояли предутренние потемки, и кое-где, широкие, как лапы медведя, листья кустарников начинали мокреть, тяжелея под росой, и даже отблескивать…. Ночной копальщик могил спешил успеть к рассвету. Утих северный ветер, что навевал ночную прохладу, но дыхание копальщика становилось все звучнее – он заметно устал, наклонясь вперед и упираясь рукой в черенок лопаты.

В темноте эти звуки были особенно слышны. Лес замер вокруг, в ожидании грядущего дня, и притаилось кладбище, будто в ожидании новых постояльцев.

— Могилы растут одна за другой! – глухим голосом проговорил священник, и отбросил лопату, едва справляясь с одышкой.

Завершив яму, он перешел к могиле, на которой белели кости животных, собрал их в мешок, отнес с кладбища и высыпал в овраг.

Он быстро вернулся и огляделся вокруг. «Дуновения воздуха обычно приносят облегчение. Но нынче был тяжелый ветер с гор Гроллендаген. Наверное, к непогоде. Что еще он принесет? Не успеваю копать… Пока воюю с одышкой. Сколько можно успеть? Сидишь, унимая боль и ждешь, когда отпустит. Но почему? Почему люди так безумны в ненависти своей? Следят за мной, и готовы на убийство, готовы на любую мерзость. Готовы раскопать мои захоронения! Нарушить прах и память, прах и память… Но каждого ждет расплата!»

— …Откуда в них такое неверие? Готовы раскопать неизвестную могилу. Потревожить прах умершего – и не бояться Бога!»

Над свежевырытой ямой, он собрался произнести молитву. Но вновь на него набросилась неведомая стихия. Его трясло, как трясет возницу, управляющего лошадьми на каменистой дороге. Неожиданно он ощутил прилив сил и мощными руками стал делать подкоп под могилу старухи, разгребать кладбищенскую землю, углубляясь вниз, поминутно сдерживая кашель и обмазывая лицо грязными руками. Силы еще прибавлялись. Он сбросил с себя сюртук и рубаху. По потному телу пробежала прохлада. Гора земли, вырытой им, уже была с человеческий рост.

Он пролез под плиту, выбросил оттуда череп, и следом вытолкнул наружу гроб, еще не охваченный гниением и тленом. В образовавшуюся пустоту, викарий сапогами натолкал рыхлой земли.

…Гроб легко двигался к своему новому пристанищу, оставляя широкий след. Это убежище смерти пустовало изначально, и викарий знал, что в нем никого нет и его можно столкнуть в свежую яму.

Он поднял извлеченный череп, осмотрел его, очистил от земли:

— Как ты там оказался? Без своего скелета и без гробины?

Неизвестный череп покорно молчал, скрывая свою историю. Но допрос продолжался:

— Кто был твой обладатель?