Онлайн книга «Падший ангел. Явление Асмодея»
|
Кристина положила листок на пол, присела на колени и ответила: «Прости. Я люблю тебя еще больше.» «Нельзя любить Беса». «Если этот Бес ты – то можно». «Ты веришь мне?» «Да». «Куда мы уйдем?» «Подальше от людей». «Я знаю землю обетованную. Она видится мне, лежащая в долине, между гор, усыпленная снегами и туманами. Там белые домики. В них живут Ангелы.» «Я видела во сне эту землю. Нас там никто не найдет». …Они вышли из дома, с двумя котомками за спиной. Много вещей пришлось оставить, но так было легче. Кедровый аромат и нерушимая тишь хвойного леса так освежили их, что они прибавили шагу, а шевеление робкого ежа в ближайшей траве впервые вырвало с их лиц улыбки. Она страшно испугалась когда другой еж закопошился прямо под ногами, и закричала. Священник оказался совсем близко, обнял ее и успокоил нежным голосом, возникшим из ночной бездны. Она узнала его голос. Она хотела его услышать и услышала. Этим голосом шелестели листья, плакала выпь, шептала ночь. Его любимый голос… из ночной бездны. Кристина дышала этим голосом, спрятавшись в его объятиях. Они шли, будто над бездной, они были вдвоем и никого больше. Ей все показалось, все призрачное появилось, чтобы исчезнуть. Может, призрачны были выстрелы, прогремевшие где-то рядом, призрачны стражники, надрывающие свои глотки от жажды чужой крови и упоения видеть подстреленную жертву… …Им только показалось… Лес. То шумящий, то тихий, лес укрыл их надежно, как укрывает всех зверушек от жаждущих крови людей и нелюдей. Наутро они добрались до пологой горы Оллердален. Священник нес Кристину на руках, перевязывая лоскутами рубахи на каждом привале ее кровоточащий живот. Но жизнь уходила из нее, оставляя след из пропитанных кровью материй. Так оставалась позади короткая жизнь Кристины и узкая дорога, устланная отчаянно красными тряпичными полосками. Он закутал Кристину в сутану; но из раны беспрестанно сочилась кровь. Он взмок под кровяным течением, уносящим жизнь из ее хрупкого тела. В отчаянии он решился поделиться с нею своей жизнью. Перерезал себе запястье, чтобы насытить Кристину кровью своей. Кровь потекла по его пальцам в ее рану. Подняв голову к небу священник молился, уповая на Бога. И тогда он увидел распростертую на высокой сосне сутану, которая исчезла когда-то с церковной вешалки. ОН ее снял – дьявольская игра окончена. Все жертвы принесены. В глубине оставшейся внизу долины клубились дымы. Два крайних поднялись над их сгорающим детством. А средний – над их последним приютом. Дым, вначале раздельный, соединялся наверху облаком и плыл куда-то вдаль, унося с собой остатки истории обитателей этих домов. Идти дальше для него уже не имело смысла. Кристина умирала, и каждое лишнее движение причиняло ей боль. Он опустил ее в густую траву. — Я умираю? – спрашивала она. Что принести ей кроме молитвы, молчать или врать, что она будет жить – он не знал. И ей больше не слышался его голос, который она уловила в лесу. И это ей показалось самым страшным. Хотя она прислушивалась еще и еще. — Ты не бросишь меня? Он молчал, попробовал ее поддержать и улыбнуться слезящимися глазами – никакой улыбки не получилось. — Я останусь одна на том свете? Да или нет? Не молчи! – Кристина просила ответить, и он увидел – для нее не существует его немоты. |