Книга Кошмарная вечеринка, страница 89 – Эммелин Дункан

— Все обстоятельства располагают к тому, чтобы отказаться от магазина, и лучше всего сделать это сейчас.

— Из-за чего ты поднимаешь столько шума? — спросила его мама, глядя на Хадсона так пристально, будто пыталась выявить изъян в его характере.

Хотя, возможно, я неверно интерпретировала ее интонацию и выражение лица, выдавая желаемое за действительное.

На самом деле, почему дядя зациклился на закрытии и продаже магазина? Он был одержим вопросами статуса? Или прибылью? Или его беспокоил вопрос наследства? Ему настолько не нравилось, что я продолжаю семейный бизнес? Он, кажется, готов был сжечь его дотла, лишь бы не видеть магазин преуспевающим.

— Потому что я хочу обеспечить нашему отцу на старости лет стабильное положение. Если магазин начнет приносить убытки, отец лишится всех накоплений! Я не допущу того, чтобы он нуждался, — ответил Хадсон. — Неужели ты этого не понимаешь?

— Довольно пессимистичный прогноз. Наши родители многие годы занимались магазином, несмотря на экономические кризисы, и им всегда удавалось остаться на плаву. Сомневаюсь, что теперь, когда Бейли возглавила книжный, все развалится. — Мама нервно одернула свой зеленый свитер.

— Но наша мать также работала на город. Доходы от магазина не позволили бы купить дом, — в голосе Хадсона зазвучали сердитые нотки.

— Нет, твоя мама унаследовала этот дом от своих бабушки и дедушки. — Дедушка начал подворачивать рукав фланелевой рубашки тем выверенным движением, которое, будь я Хадсоном, дало бы мне понять, что пора заткнуться.

— Подумай, сколько вы получили бы, если бы с умом инвестировали деньги вместо открытия книжного! — Дядя взмахнул рукой.

Дедушка раскатал рукав, и его лицо слегка покраснело.

— Мы вложили деньги в Элиан-Холлоу и в свой бизнес, потому что верили и в город, и в книжный. И я не понимаю, почему тебе это не ясно. Ты здесь вырос. Ты знаешь, как сильно твоя мама любила наш магазин.

— То, что она его любила, не значит, что его не следует продавать.

Дедушка вперился в него взглядом.

— На самом деле у меня нет права голоса. В прошлом году я переписал контрольный пакет акций на Бэйли.

— Что?! — завопил Хадсон.

— Прекрати кричать, — произнес дедушка едва слышно.

В детстве я всегда напрягалась, когда дедушка говорит так тихо: чаще всего это означало, что я очень проштрафилась.

Хадсон вздрогнул и вызывающе вздернул подбородок.

— Ты не посоветовался со мной.

— Вау, я думала, что только в мультиках бывает, чтобы на лбу так билась вена, — сказала Лорел, которая все это время заинтересованно наблюдала за Хадсоном.

— Тихо, — шикнула мама. Но я заметила, что она сдерживала улыбку. Спенсер выглядел так, словно он хотел принять участие в споре, но не знал, на чью сторону встать.

Дедушка по-прежнему сверлил Хадсона взглядом.

— Я не обязан ни советоваться с тобой, ни объяснять мои мотивы. Я уже не раз говорил: мы с твоей мамой продумали, как распорядиться наследством. Тебе, Лиззи и Бэйли в равных долях принадлежат наши сберегательные счета, выплаты по страхованию жизни и дом. Но к книжному магазину это не относится. Мы всегда надеялись, что кто-то из вас возглавит бизнес, и со временем стало очевидно, что Бэйли справится с этим лучше остальных. Мы с радостью помогали в любом интересном ей занятии. Но она решила работать в магазине, и это вызвало у нас огромную гордость за нее. Мы знали, что однажды передадим этот бизнес ей. Ты никогда не стремился принять участие в руководстве магазином, так что я оказывал тебе поддержку в других начинаниях.